Вы же молодая женщина! Возможно, даже красивая!
— Да нет у вас никакого мужа. Нет, не было и никогда уже не будет.
— У меня нет? У меня нет мужа? Да у меня два мужа, если вы хотите знать!
— Ох-хо-хо... Один на каждый день, а другой на выходной.
— Тьфу, дурак вы какой несчастный.
— Если бы у вас даже был муж, он бы сбежал от вас на следующий день.
— Сбежал?
— Сбежал бы.
— Вы правы. Сбежал. На следующий же день.
— Сэр, я только исполняла ваш приказ обращаться к вам в случае ЧП.
— Ну, хорошо, лейтенант. Мне нужны фамилии. И конкретные жалобы.
— Сэр. Я могу говорить откровенно? Вы, сэр. И началось это, как только я здесь появилась.
— В самом деле?
— Двойные стандарты: раздельное проживание, специальное отношение. Вы сразу бросились предлагать мне стул, когда мы впервые встретились.
— Потому что я воспитанный человек. А ты жалуешься.
— А мне не нужна воспитанность, сэр. Как я могу общаться с этими ребятами, если меня сразу же делают аутсайдером? Для меня делаются исключения. Так я никогда не стану для них своей. Тогда уж лучше сразу обязали меня ходить по базе в розовой юбочке.
Американцы исходят из принципа, что дипломатические переговоры хороши, но они будут еще лучше, когда на столе лежит «Парабеллум».
Она научилась гадать и, выпив кофе, переворачивала чашку, давая стечь кофейной гуще, потом заглядывала в неё. Показания кофейной гущи она сопоставляла с картинами своих снов, соединяла их, мысленно прочерчивая кривую судьбы.
— Чтой-то будет, — вздохнув, говорила она, закончив гадание.
Показания кофейной гущи, подстрахованные снами, в самом деле сбывались, потому что в жизни всегда что-нибудь случается.
Это настоящее самоубийство! Сделай одолжение, мальчик, иди домой, поживи еще немного.
Я могу умереть от клинка серийного убийцы, но я не собираюсь умирать от голода. Давайте возьмем пиццу.
Добро пожаловать! Вы должны попробовать мой новый напиток. Просто чудо. Я назвала его «Джеральд», по имени первого мужа. Дешевый, горький... куча градусов.
Cлайд с цитатой