Я уже видел такие глаза. Точно такие у отрубленных голов. Слегка влажные, не видящие. Интересно, а ты правда живой?
— Спорю. Очкастый хрен думает также. Бродить по округе с такой асексуальной девчонкой не очень-то весело.
— Ты не прав.
— Да, да. Скажи ему.
— Фраза очкастый хрен — неприемлема.
— Что это с ней?
— Сентиментальность.
— Сенти… что?
— Чувство, которое есть у женщин. Открыли в Западной Европе.
Моя мама умерла год назад. Я никогда ее не слушалась и заставляла всё время волноваться. А потом её не стало. Я так и не успела сказать ей все, что хотела... спросить о том, о чём хотела... Так и не смогла.
— То, что вчера произошло, — это был сон?
— Нет.
— А то, что ты голый в бочке сидел?
— А вот это уже был сон.
Под белым полотном бесплотного тумана,
Воскресная тоска справляет Рождество;
Но эта белизна осенняя обманна -
На ней ещё красней кровь сердца моего.
Ему куда больней от этого контраста -
Оно кровоточит наперекор бинтам.
Как сердце исцелить? Зачем оно так часто
Счастливым хочет быть — хоть по воскресным дням?
Каким его тоску развеять дуновеньем?
Как ниспослать ему всю эту благодать -
И оживить его биенье за биеньем
И нить за нитью бинт проклятый разорвать?
— Одно я знаю точно — все кошмары
приводят к морю.
— К морю?
— К огромной раковине в горьких отголосках,
где эхо выкликает имена -
и все поочерёдно исчезают.
И ты идёшь один... из тени в сон,
от сна — к рыданью,
из рыданья — в эхо...
И остаётся эхо.
— Лишь оно?
— Мне показалось: мир — одно лишь эхо,
а человек — какой-то всхлип...
Cлайд с цитатой