— Куда мы катимся?
— Вот именно! С одной стороны — небывалый технический прогресс, с другой — небывалое духовное убожество.
— Куда мы катимся?
— Вот именно! С одной стороны — небывалый технический прогресс, с другой — небывалое духовное убожество.
…В реальном мире, Агнес, всё не так радужно, как тебе представляется. Есть люди, с которыми нельзя договориться. Есть проступки, которым нет прощения. Есть, наконец, долг и обязательства, от которых не отшутишься. А улыбка и пара ласковых слов, в конечном счёте, ничего не решают. Иногда нужно бить самому, иногда смиренно принимать наказание.
Насколько им хватит любви? Не угаснет ли она при первом дуновении ветра, не увянет ли, как только наступят холода, согреет ли их во время скитаний, из которых будет состоять вся их дальнейшая жизнь? Какой бы полыхающей ни была страсть, на ней вряд ли можно поджарить тосты. Особенно если хлеба нет.
Мир — не хлам для аукциона.
Я — Андрей, а не имярек.
Все прогрессы -
реакционны,
если рушится человек.
Лишь одно на земле постоянно,
словно свет звезды, что ушла, -
продолжающееся сияние,
называли его душа.
Избавиться от воспоминаний — всё равно, что обокрасть себя. Порою воспоминания — это всё, что у нас есть, и на вкус они слаще любого плода.
Миром правят грубая сила и закон муравейника. Душа развивается в тысячу раз медленнее, чем технические навыки. Путь ускоренного прогресса оказался смертельно опасен.
Лишь тогда, когда спустя сто лет моя душа найдет твою душу, она сможет навсегда успокоиться.