Правда бывает удивительней вымысла, зато вымысел правдивее.
Когда доискиваешься правды, всегда рискуешь запутаться в хитроумных домыслах. Порой не следует пытаться приподнять ее покрывало.
Правда бывает удивительней вымысла, зато вымысел правдивее.
Когда доискиваешься правды, всегда рискуешь запутаться в хитроумных домыслах. Порой не следует пытаться приподнять ее покрывало.
У всех есть причины переписывать для того, чтобы переписывать историю: иногда нам надо обеспечить себе алиби, иногда мы хотим обидеть того, кто обидел нас; а бывает, что мы хотим защитить себя от собственной глупости. Конечно, есть и такие, кто считает, что переписывать историю — это все равно, что врать. Но что такое, в конце концов, история? Как не набор лжи, с которой все согласны.
— Чего же вы так боитесь, Ваше Величество?
— Страх того, что я узнаю правду, с которой не справлюсь. Страх, что узнав правду, мне придется сделать выбор не как мужчина, а как король.
Если ты утаил правду, скрыл её, если ты не поднялся с места и не выступил на собрании, если выступил, не сказав всей правды, — ты изменил правде.
Я пытаюсь вылечить вас правдой! Она, кстати, в том, что вас мучает гордыня и спесь самовлюблённого! Нас бросают, значит, мы плохи, а этого нельзя перенесть.