От всех его радужных планов и мечтаний остался только сиреневый дым...
А единственный путь, что ведёт из карьера, – просто взорвём…
И вряд ли нам захочется наверх.
От всех его радужных планов и мечтаний остался только сиреневый дым...
А единственный путь, что ведёт из карьера, – просто взорвём…
И вряд ли нам захочется наверх.
Приехавший доктор хотел сделать мне укол, но я сопротивлялась не на шутку. Каждый день я кололась по два-три раза, но шприц в зад – этого я просто боялась…
Некоторые страницы я выучила на память, просто потому, что постоянно их перечитывала. Даже выписала себе некоторые пассажи из книги и повесила их над кроватью. Да, этот крутой тип действительно рубил фишку! Если бы все люди придерживались тех принципов, о которых писал Фромм, то жизнь снова стала бы осмысленной… Только всё-таки сложно жить по его правилам, потому что не все их знают. Я бы с удовольствием поболтала бы с Фроммом о том, как ему удавалась жить в этом мире по своим темам… Во всяком случае, действительность такова, что и с его теорией не всегда выходишь победителем.
В любом случае, эта книга должна быть главным школьным учебником – так я думала.
Вместо поцелуев мамы, которые я рассчитывала обменять на цветы, я получила ремней от отца...
Может быть, мы хотели быть такими же обыкновенными пешеходами – ну, только чуть-чуть другими!
Один тип, ему было уже пятьдесят, хотел непременно курить гашиш – ему казалось, что все молодые курят гашиш, и я за дополнительную плату объездила с ним пол-Берлина, чтобы отыскать барыгу, торгующего дурью. С ума сойти, меня никогда это так не поражало, но на каждом углу продавали героин, и нигде гашиш!
Порой мне кажется, что мы только и делаем, что спускаем людей с небес на землю и рушим их мечты. Это, конечно, правильно, но иногда это ужасно. Для них.
Мы простимся у переправы с теми, чей ускользает век,
И от третьей звезды направо возвратимся на этот свет.
И вернемся к своим заботам, заблуждениям и мечтам,
И найти попробуем счастье, чтобы было не стыдно Там.
— По правде говоря, я вырос на книгах.
— Есть такое, чего нет в книгах.
— Есть такое, чего нет нигде. Но мы мечтаем, что можем обрести это в других людях.