... оба чувствовали приятность того, что рядом есть человек, с которым хорошо молчать на пару.
... все ночные мысли оказываются негодными в свете зари.
... оба чувствовали приятность того, что рядом есть человек, с которым хорошо молчать на пару.
Я не бывал один уже много-много лет, а человеку важно одиночество... очень важно, в мозгу что-то нарушается, если человек не может побыть один и не имеет времени ничего не делать... нарушается какой-то баланс, это нехорошо.
Конечно же, я люблю свой народ, но, возможно, я не люблю каждого в отдельности его представителя...
... иной раз выдавался вечер, пусть и крайне редко, когда я чувствовал себя собой, мог расслабиться. Оставались такие карманы пространства и времени, куда за мной не втаскивался хвост ответственности.
Молчание — свидетельство о недоразвитости, если не учитывать ту осторожность, которой не лишне пользоваться в обществе несвободном.
Поговори со мной. Почему ты со мной не разговариваешь?!
Ты обещал.
Это ничего не меняет. Так никогда не было. И никогда не будет.
Ты это заслужил. Всё это.
Но у сирен есть оружие более страшное, чем пение, а именно — молчание. Хотя этого не случалось, но можно представить себе, что от их пения кто-то и спасся, но уж от их молчания наверняка не спасся никто.
Если сказать слово кстати — большое искусство, то кстати промолчать — ещё большее.
(Если требуется большое искусство, чтобы вовремя высказаться, то немалое искусство состоит и в том, чтобы вовремя промолчать.)