Да и какого ***, с каких это капризов,
Гондон в рясе учит меня с телевизора,
Резать мне или простить ту или иную гниду,
Был ли ты «батюшка» на ломах, когда нет выбора?!
Когда измена давит, поцики двигают с клуба,
Когда лежишь, скулишь, просишь оставить зубы,
За тобой идти, отец, дело гиблое,
Да и на Хитром полтос дают за Библию...
То, чего ты не видишь, дышит, живёт, растёт!
То, чего ты не слышишь, с неба гремит. Вперёд!
Ты не знаешь, но созвездия в спорах кипят!
Ты не веришь, но кто-то искренне верит в тебя!
Хадасса присела на склон холма. Она сидела уединенно, ни с кем не общаясь. Склонив голову, она сжала в ладонях выданные ей зерна. Чувства переполняли ее.
«Ты приготовил предо мною трапезу в виду врагов моих», — сокрушенно прошептала она и заплакала.
Да погоди, не кипиши, доведем до рощи,
***ь, бей в голову, слышь, мычит еще,
Ну, футболист, ***ь! Ну и где твой размах?
***и до хруста — правда вся в ногах.
Станет до ужаса пусто и холодно, внутри сна меня будят,
И я спотыкаясь и падая убегаю туда, где фанфары и люди,
В тот разрисованный мир, что как игральная комната создан,
Но чтобы вернуть свой азарт от игры, в неё нужно уверовать снова серьёзно.
До тех пор пока мы не привыкнем обращаться к Библии не только в минуты несчастья, но и в светлые мгновения, мы не обретём полного понимания истины.
Молимся за молодого, с бесами за плечом,
Ярость отпустит, пусть и будет прощен,
Молимся за свет среди густого мрака,
Да не потянется кровь лить твоя рука!
Молимся тише ночью полушепотом,
Пока нож бешеный тешится с животом,
От полудня уже рать собираем словом,
И пусть молится тот, за кем идем...
А мне так важно, проснувшись, сделать открытие,
Чтобы день новый стал еще одним новым событием.
Небо не находится ни высоко, ни низко, ни справа, ни слева. Небо — оно прямехонько в середине груди того человека, у которого есть Вера.
Cлайд с цитатой