— Сегодня у этой леди праздник.
— Праздник?
— Да. Последний и величайший праздник в жизни, похороны.
— Сегодня у этой леди праздник.
— Праздник?
— Да. Последний и величайший праздник в жизни, похороны.
Когда могущество застилает наши глаза, мы становимся слишком беспечны, наивно полагая, что в любой момент легко сумеем остановиться и исправить содеянное...
Похоронный обряд — всего лишь инструмент. Силе, способной дать покой потерявшимся душам не нужны кости и похоронные обряды.
Вопрос: Душа, возвращающаяся в духовную жизнь, чувствительна ли она к почестям, воздаваемым её безжизненной оболочке?
Ответ: Когда дух уже достиг определённой степени совершенства, у него нет более земного тщеславия и он понимает ничтожество всего этого; но знай всё же, что зачастую бывают такие духи, которые в первые мгновения своей материальной смерти испытывают величайшее удовольствие от оказываемых им почестей либо же досаду по поводу заброшенности своей оболочки: ибо они сохраняют ещё некоторые из земных предрассудков.
В одно прекрасное утро хоронили коллежского асессора Кирилла Ивановича Вавилонова, умершего от двух болезней, столь распространенных в нашем отечестве: от злой жены и алкоголизма. На кладбище была отслужена лития. Теща, жена и свояченица, покорные обычаю, много плакали. Когда гроб опускали в могилу, жена даже крикнула: «Пустите меня к нему!», но в могилу за мужем не пошла, вероятно, вспомнив о пенсии.
Я знал правду, и правда состояла в том, что если бы она могла выбирать, то мы бы сейчас направлялись на мои похороны.
Порой для того, чтобы достичь поставленной цели, нужно смирение, иначе однажды почва просто уйдет из-под ног.