— Ой. Меня тошнит.
— Лишь бы поноса не было, а то с велика соскользнёшь.
— Ой. Меня тошнит.
— Лишь бы поноса не было, а то с велика соскользнёшь.
— Так, 2 новости. С чего начать?
— Меня отстранили, да?
— Хуже.
— Уволили?
— Ещё хуже.
— Хуже? Меня казнят?
— Вы что, челюсть вывихнули?
— Э?
— Вам больно говорить или нет?
— Жо?
— Ваша челюсть в порядке?
— Неее, тока жадницу ужалил сошка.
— Я что-то не совсем Вас понимаю. Может всё-таки отвезти вас к врачу?
— Неее. Вжё хохоржо.
— А где можевелка?
— Можевеловка!
— Жо нет, мя жпиртоное не пжу, но кара есть ну на пужарок ананананисовая настойка.
— Ананисовая?
— Анананисовая!
— О анисовая настойка нямка!
— Рядом с Лилем.
— Слили? Куда меня слили?
— Не слили! Такой город, Лиль.
— Слили в Лиль?
— Да.
— Это кошмар.
— Теперь заживём!
— Да, зажили, если бы он платил тебе по-честному.
— Кто, Джемисон? Он платит по-честному, в году шестьдесят третьем это были бы большие деньги!
— Он очень хороший! Стихи пишет: «Ты меня очаровала в тишине у сеновала…».
— Ой, зря ты его очаровала. Разочаруй, пока не поздно. Одна морока с этими смертными: сначала приворожи, потом окрути, а там глазом моргнуть не успеешь, как он помер. И опять все сначала! Только приворотное зелье зря переводить…