Людям, осуждающим твой стиль, скучно жить своей жизнью. Все, что они делают – это осуждают. А ты можешь больше.
Вред приносишь ты, если хвалишь, но еще больше вреда — если порицаешь то, в чем сам мало смыслишь.
Людям, осуждающим твой стиль, скучно жить своей жизнью. Все, что они делают – это осуждают. А ты можешь больше.
Вред приносишь ты, если хвалишь, но еще больше вреда — если порицаешь то, в чем сам мало смыслишь.
— Вы мне нравитесь. Судя по вашему внешнему виду, вы — человек, знающий жизнь. Человек, у которого есть стиль. У большинства людей нет вообще никакого стиля. А у вас есть.
— Насчёт стиля не знаю, но в жизни я повидал многое, да.
Здесь судили обо всем — о делах и о людях. Насмехались над веком, что освобождало от труда понимать его.
Суровые люди — несчастные люди: их судят по поступкам и осуждают, а если бы заглянули в их душу, быть может, все они были бы оправданы.
Не одобрять вещи — это куда ни шло. Плохо не одобрять людей. Можешь оказаться в изоляции.
Хороший стиль не должен хранить следа усилий. Написанное должно казаться счастливой случайностью.
По мере взросления каждый человек, никогда не собиравшийся тебя предавать, вероятно, предаст. Возможно, твое сердце будет разбито не единожды, и с каждым разом будет все сложнее. Ты и сам будешь разбивать сердца, так что помни, каково это, когда твое сердце разбито. Ты будешь бороться с лучшим другом. Ты будешь винить новую любовь в том, в чем была виновата прежняя. Ты будешь рыдать, потому что время летит слишком быстро, и ты случайно упустишь кого-то, кого полюбишь, так что делай много фотографий, смейся даже больше, чем стоило бы, и люби так, будто никогда прежде не чувствовал боли, потому что каждые шестьдесят секунд, что ты проводишь в печали, — это одна минута счастья, которую ты уже никогда не вернешь.