Есть лишь одна надежда — на новый день, новый день.
Ты скажи мне: сколько стоит не продажная любовь твоя?
Если это свечек стоит — я куплю тебя.
Есть лишь одна надежда — на новый день, новый день.
Ты скажи мне: сколько стоит не продажная любовь твоя?
Если это свечек стоит — я куплю тебя.
Голос надежды вновь
Машет своим крылом,
Падая вниз дождём,
И я опять вхожу в твой дом.
Вечер сулит мне печаль, бьется тоска о причал,
Веки мой город сомкнул, слушая звезд тишину.
Мысли уходят ввысь, солнце спешит за край.
Только молю — дождись, только молю — узнай!
Затем, с финальным аккордом, уверенным и прозрачным, словно звон колокольчика, и с последними тихими словами песни, она подарила им всем утешение одним-единственным словом: надежда.
— Я ангел, я пойму, когда мои крылья вернутся.
— А до тех пор что? Ты такой же смертный, как и я? Разве нет?
— Ну, наверное, ты права. Если бы я умер прямо сейчас, я не уверен, что попал бы в рай.
— В таком случае, для меня точно никакой надежды нет.
— Вот здесь-то и надо верить, Шарлотта. Проявить надежду в безнадежные времена.
— Но вера... Ангел ты или нет, мне кажется ты абсолютно ничего не знаешь, как и я. Может, мы с тобой не такие уж и разные.
... Надежда, имеющая чудесное свойство умирать последней, все ещё теплилась в одном из тёмных закоулков моего сердца — предположительно, в левом желудочке.
Пыльные мои дороги, торные мои пути.
Думы с привкусом тревоги – что там будет впереди.
То ли всё пойдёт как прежде, то ли обратится в прах,
Но вселял в меня надежду страх.
Страх, что над нескладной долей,
Я кружил, что было сил.