Александра Лисина. Профессиональный некромант. Мэтр на учебе

Я тяжело вздохнул.

Ну почему женщины это делают? Почему на любую угрозу они почти всегда реагируют визгом? Да ещё умудряются столь чисто, без единой ошибки взять такую октаву, что после неё потом полчаса звенит в ушах?!

— А-а-а! — взвыла бледная как полотно Верия при виде несущегося на неё во весь опор обнаженного мужика.

— Ы-ы-ы! — в тон ответил ей зомби, одновременно растопыривая руки пошире, чтобы сграбастать парализованную от ужаса добычу.

0.00

Другие цитаты по теме

Добрее надо быть к людям... добрее. Особенно после того, как сделаешь им какую-нибудь гадость.

Деточка, от таких женщин, как я, не уходят. От таких женщин, как я, просто убегают.

Женщина, которая хочет играть какую-то роль в жизни, должна уметь управляться с мужчинами. Потому, если не этот кретин, так должен быть другой.

Это омский движ!

Город есть такой сибирский,

Чё, ты мне грубишь? Видишь, на протесте киска!

Сумочка от «Gucci», сука, прыгает на горке,

Эх, припев ***учий, подпеваю я Егорке.

I go to concert, party, ball —

What profit is in these?

I sit alone against the wall

And strive to look at ease.

The incense that is mine by right

They burn before her shrine;

And that’s because I’m seventeen

And She is forty-nine.

Повесьте меня вот на этом гвозде вверх ногами — разве женщина умеет любить кого-нибудь, кроме болонок?...

Важным объектом косметологического «совершенствования» почти у всех является грудь, которая после посещения клиники выглядит так, будто ее надули велосипедным насосом.

И не надо меня мучить подозреньями,

Ты мне лучше, что красивое скажи,

И давай с тобой устроим День рождения,

Моей маленькой, но все-таки души.

Все мы бабы-стервы, милый, бог с тобой

Каждый, кто не первый, тот у нас второй.

Каждый, кто не первый, тот у нас второй.

То, что все мужчины — козлы, девочка слышит с пеленок. Затем она вырастает и становится либо бедной овечкой, которую бодают все, кому не лень, либо пастушкой, управляющей стадом.

— Женщина, когда рассердится, так воображает, что может наговорить ужасно много горьких истин. Начнет торжественно; «Во-первых», да в пяти словах все и выскажет; дальше содержания-то и не хватает. «Во-вторых», «во-вторых», а сказать-то нечего.

— Ах, какой противный!

— Но и тут они не теряются. Когда у них ни слов, ни соображения не хватает, так они браниться начинают. А во-вторых, скажут: «Ты дурак, невежа». Так, что ли?

— Так точно. А во-вторых, ты невежа!