– Кофе, – напомнил Альдред. – Пока не выпью кофе, я не человек.
– Кстати, тебе енот не нужен?
– Еноты нужны всем.
– Кофе, – напомнил Альдред. – Пока не выпью кофе, я не человек.
— Дюв, у нас еще остался кофе?
— Не-а.
— Черт! Как мы можем помогать спасать мир, если у нас кончился кофе?!
— Завтра куплю новый.
— Завтра? Завтра?! У нас нет времени ждать! Через пару сотен лет Сидней сгорит, Лондон утонет и сотрясется Москва! Я не могу ждать до завтра! Я хочу кофе, и хочу его сейчас!
— Э-э, Бент?
— Да, что такое?
— Москва замерзнет.
— А, точно.
— А любовь? Настоящая любовь?
Боже, какой идиотский вопрос.
Она улыбается, вежливо. Видимо, об этом её тоже уже спрашивали.
— Настоящая любовь – это кофе, который варишь дома с утра.
Свежемолотый, желательно вручную. С корицей, мускатным орехом и кардамоном. Кофе, рядом с которым надо стоять, чтоб не убежал, иначе безнадежно испортится вкус. Надо проследить, чтоб он поднялся три раза, потом налить ложку холодной воды в джезву, подождать пару минут, чтоб осела гуща. Кофе, который наливаешь в старую любимую чашку и пьёшь, чувствуя каждый глоток, каждый день. Наслаждаясь каждым глотком.
Пробуждение центральной нервной системы — это главное, ради чего ежегодно в мире выращивают и потребляют миллионы тонн кофе и чая.
Так не бывает, — говорит мой бедный друг, и в голосе его звучит недовольство с явственным оттенком уважения к чуду, свидетелями которого мы невольно стали. — Так не бывает, — упрямо повторяет он. — Старый город, солнечный летний день, центральная площадь сплошь уставлена плетеными стульями и затянута полосатыми тентами, работают все городские кафе, но ни в одном нет кофе. Пиво, всюду пиво, пенное, густое и липкое, властная, неукротимая стихия, которой покорилось все сущее. И в центре этого кошмара — я. Стою без единого кофейного зерна в кармане, как последний дурак. Именно так я всегда представлял себе ад.
Я смеюся над врачами!
Пусть они бранят тебя,
Ревенем самих себя
И латинскими словами
И пилюлями морят —
Пусть им будет кофе яд.
О напиток несравненный,
Ты живёшь, ты греешь кровь,
Ты отрада для певцов!
Часто, рифмой утомленный,
Сам я в руку чашку брал
И восторг в себя впивал.
Мое счастье в простых вещах -
Укрыться пледом, уткнуться носом.
По коридору вереща
За тобой по пятам без спроса.
Мое счастье в простых вещах -
Пряник, кофе и тихий вечер.
Чтобы дальше ты обещал,
Что с тобой будем рядом вечно.