Если вы уберете великие слова и торжественную мину, ещё много всего останется, так что не пугайтесь.
Лучше быть рабом у любимой, чем свободным у нелюбимой.
Если вы уберете великие слова и торжественную мину, ещё много всего останется, так что не пугайтесь.
— Именем галактического Сената республики... Вы арестованы, канцлер.
— Вы угрожаете мне, магистр Винду?
— Вашу участь решит Сенат.
— Это я ваш Сенат!
— Ещё нет.
— Значит, это измена.
— То есть ты не веришь в судьбу или что-то такое?
— Не, это лишь слова, используемые людьми, чтобы объяснить ужасные вещи, которые они, вероятно, могли предотвратить.
Если мы не более, чем кучка исполнителей, играющей в чьей-то пьесе, то все мерзкие решения уже приняты за нас.
Что до меня, я думаю, люди должны нести ответственность за свои ошибки.
Когда жалко — то это не любовь. ... Любовь требует искренности большой, а если этой искренности нет, то по-настоящему влюбиться очень проблематично. Я не уверен, что человек, который все время боится, способен любить.
Чтобы быть истинно добрым, человек должен обладать живым воображением, он должен уметь представить себя на месте другого. Воображение — лучшее орудие нравственного совершенствования.
Прекрасен рот. Но в логовище рта
Беда для человека заперта.
Язык его таит и зло и грех.
Молчанье — вот сокровище для всех!
Но коли речь не можешь устеречь.
Так пусть добром твоя блистает речь.
Слова любви — как золото зари...
Такое, если можешь, говори!
Но слово зла скатится с языка,—
Гони его, как беркут бирюка!
Надо как-то объяснять людям, что самое главное в жизни не за чем искать далеко... Счастье совсем рядом. Я ведь как жил? Как будто черновик писал... Думал: ещё не настало время контрольной работы. А оказалось, был в шаге от того, чтобы завалить свой самый главный экзамен...