Вспомни Джона Коффи из «Зелёной мили».
Вспомнил? Да-да, его там поджарили.
Так вот, когда тебе плохо, думай об этом фильме.
В отличие от тебя, мудак, Джона реально жаль.
Лучше сгореть дотла, чем покрыться пылью!
Для тебя всегда найдётся место у костра!
Ты знаешь, *** пыль, у меня аллергия!
Чем лежать и гнить на полке, лучше пеплом стать!
Мы с тобой с одного дома, на пятом мы жили.
Мы ходили с тобой в одну школу — мы в доску чужие.
Кажется, у нас все в полном непорядке -
Мы в истории оставим, максимум, на фильтрах отпечатки.
Жалость – самая смертоносная вещь для того, кто хорошо знаком с чувством вины, потому что первая действует на второе подобно маслу, вылитому в очаг: пламя взвивается злыми птицами, обугливая все, что встретится на пути. А первым под смертоносные поцелуи огня обычно попадает сердце.
Нытье не такая уж плохая вещь, Джирочо. Потому что только у нытиков есть люди, на которых они могут положиться.
А почему для многих так невыносим плач — детский, женский, любой, почему? Да потому, что мы плачем вместе с Другим. Жалость — это и есть собственный плач, только внутренний, свернутый (а часто и вполне развернутый) — плач Ребенка в тебе, откликающегося на Ребенка в Другом. Сопутствующее раздражение, даже злость понятны: это тебе больно и страшно, это твой Ребенок требует прекратить!
Люди, которые могут позволить себе покупать книги и ходить в кино, не любят слушать про больных и бедных.
Cлайд с цитатой