С диким криком я по берегу промчусь,
Кто-то скажет: «ненормальный!», — ну и пусть
Я расслабиться хочу, на одной ноге скачу,
Если кто-то остановит огорчу.
На пляжу лежу и в небо я гляжу,
Чайки жирные летают, просто жуть,
А я худенький такой — унесет меня прибой,
Лучше я в песок зароюсь с головой.
Чайки жирные летают не спеша,
Для автографа мне тащат малыша,
А он яблоко жует и меня не признает -
На экране я другой совсем не тот.
Снова тянет в город, где тумана смог,
Две недели больше выдержать не смог.
Я скучаю все сильней, мне бы в город поскорей
Повидать своих измученных друзей.
А я девушек люблю, я их вместе соберу,
Вдоль по линии прибоя за собою уведу.
Вдоль по линии прибоя за собою уведу!
Не люблю увеселительные заведения. Людям кажется, что они отдыхают и расслабляются, но на самом деле они все ведут себя неестественно, показно. Стараются выглядеть лучше, вести себя интереснее. Словно манекены в витрине рядового парижского бутика. Только в отличие от настоящих манекенов, на которых пялятся покупатели, эти манекены ещё и сами постоянно пялятся друг на друга.
Вечер — лучшее время суток. Кончился долгий рабочий день, можно отдыхать и радоваться жизни.
Вопрос: Почему мы не всегда помним о том, что нам снилось?
Ответ: В том, что ты называешь сном, присутствует лишь то, что есть не более чем отдых тела, ибо дух пребывает в постоянном движении; там он вновь обретает что-то от своей свободы и общается с теми, кто ему дорог либо в этом мире, либо в мирах иных; но так как тело является производным материи тяжелой и грубой, то оно с трудом удерживает впечатления, полученные духом, ибо дух получил их не через органы тела.
Единственное спасение у нас в труде. Деятельность дает закономерный отдых. А вот когда у меня «выходной» день, я — несчастный человек. Я не умею «отдыхать» — я предоставлен самому себе и своему одиночеству, и что мне делать? Воистину это «страна труда» и больше ничего. И самое страшное в ней — отдых!
А потом, проходя мимо зеркала,
Я скажу: «А что, не так уж я и страшен».
Я даже немного,
Я даже немного,
Я даже немного ничего.
А кефир я допью ровно в десять.
А батон я доем чуть пораньше.
И перед сном,
И скажу перед сном,
И скажу: «Ах, мама, до чего хорошо!»
Господа офицеры, по натянутым нервам
Я аккордами веры эту песню пою.
Тем, кто, бросив карьеру, живота не жалея,
Свою грудь подставляет за Россию свою.
Тем, кто выжил в Афгане, свою честь не изгадив,
Кто карьеры не делал от солдатских кровей.
Я пою офицерам, матерей пожалевшим,
Возвратив им обратно живых сыновей.
Офицеры, офицеры, ваше сердце под прицелом.
За Россию и свободу до конца.
Офицеры, россияне, пусть свобода воссияет,
Заставляя в унисон звучать сердца.
Cлайд с цитатой