Смерть – слишком мягкое наказание.
За мать из Мистик-Фоллс, которая сперва ненавидела меня, а затем стала лучшим другом. Она была сильной, заботливой. Она не только защищала наш город, но и смогла вырастить прекрасную дочь, которая станет моей семьёй. За Лиз Форбс. Её не стало, но она не забыта.
— Чем ты занят?
— Тебя жду.
— Лежа на месте нашей первой встречи?
— Хочется красивого жеста.
— Все плохо? Да?
— Кажется мне положен танец, Мисс Гилберт.
— Дэймон, просто ответь. Что случилось?
— Пожалуйста, потанцую со мной, Елена. Потанцуй со мной, это должна была быть самая важная ночь.
— Ответь уже. У тебя на лице написано, все очень плохо?
— Кай связал тебя с Бонни. Пока она не умрет, ты не проснешься.
— Что?
— Елена, он победил.
— И что ты сделаешь? Дэймон?
— Могла бы сказать, как мне поступить.
— Я знала, что ты сделаешь.
— Ты знала, что злой, эгоистичный Дэймон Сальваторе откажется от любви всей жизни, чтобы спасти ее подругу?
— Я знала, что любовь моей жизни не оставит своего друга, даже если ему придется немного пожить без меня.
— Без тебя здесь станет очень скучно.
— Нет, Дэймон, ведь ты не будешь просто сидеть и ждать меня.
— Я подумал устроить голодовку. В процессе сушки время течет быстрее.
— Дэймон, у нас ничего не выйдет, если ты просто закроешься. Ты должен жить своей жизнью. Наслаждаться ей. Я хочу, чтобы ты был счастлив, а теперь можно и потанцевать. Ты готов к этому.
— Провести шестьдесят лет без любви всей своей жизни, как к такому можно быть готовым?
— Я люблю тебя, Дэймон Сальваторе.
— И я тебя люблю.
— Ты правда собираешься стоять тут и спорить, кому искупление нужнее? Ты не виноват в смерти Энзо, Стефан!
— Сколько не повторяй, правдой это не станет! Мы несём ответственность за свои действия, каждая пролитая мной капля крови лежит на моей совести.
— На моей совести их гораздо больше!
— Дэймон, я человек. Через шестьдесят лет я состарюсь и умру. Тебя же буквально ждёт вечность с Еленой.
— Зачем мне эта вечность без тебя?
— Думаешь я этому рад? Я только что женился, моя жена ждёт, когда я вернусь к ней. Но уже почти два века с тех пор, как я обратил тебя в вампира. Я делал всё, чтобы превратить тебя в мужчину, который заслуживает счастья.
— Нет.
— Позволь сделать это ради тебя.
— Нет.
— Тогда позволь сделать это ради меня. Прошу.
— Я люблю тебя, братишка.
— И я тебя люблю.
— Тебе налить?
— Нет. Спасибо, я не голоден. Только что поел.
— Тебя не беспокоит, что однажды все лесные звери соберутся вместе и тебе отомстят? Нууу... они же общаются.
– О Боже! Ты напугал меня.
– Вношу свой вклад в ночной дозор.
– Спасибо. За то... что охраняешь нас. Меня.
– Это ведь я. Твой верный телохранитель. Тихий и невозмутимый.
– Ты пил? И ты грустный – плохое сочетание.
– Нет, я не грустный. Грусть – это эмоции, свойственная тем, кому не всё равно.
– Да ладно, Деймон. Это не правда. Тебе не всё равно.
Заткнись! Я не попадусь на твои уловки. Все твои друзья только и говорят о бедном Стефане, который себя ненавидит. Будто жить дальше самая великая пытка на свете. Знаешь, что хуже, чем жить с чувством вины? Пережить убийство. Знаешь, что хуже этого? Быть убитым.
— Я обречён. Так скажи почему, почему я должен хотеть снова что-то чувствовать?
— Потому что если не чувствовать, какой тогда вообще смысл жизни?
— Это ты устроил взрыв, чтобы избавиться от членов совета?
— На мне что, футболка с надписью «Я уничтожил городской совет»? Почему все спрашивают меня об этом?
Cлайд с цитатой