Слушайте — не горячусь, не брежу,
не пытаюсь напугать кого-то.
Вам ведь тоже запах ноздри режет?
Это потому, что здесь — болото.
Слушайте — не горячусь, не брежу,
не пытаюсь напугать кого-то.
Вам ведь тоже запах ноздри режет?
Это потому, что здесь — болото.
Все цветы — на камнях. Всякий храм — на костях.
Мы влечём за собой неминуемый крах.
Каждый путь — это цепь из грехов и Голгоф.
Каждый Бог — это призраки мёртвых богов.
Упаси Вас Господь хоть кого-то терять,
как теряют навек записную тетрадь.
Как теряет цвета серебристая прядь.
Как теряет мораль побеждённая рать.
Упаси Вас Господь хоть кого-то терпеть.
Заклинаю и ныне, и ране, и впредь -
Пусть не станет никто как постылая медь.
Пусть не станет никто как чеканная плеть.
Время не даёт последних шансов -
время оставляет отпечатки.
Время не уходит по-английски.
Затянувшись музыкой, прощаться
с юностью на лестничной площадке,
безотчётно вспомная близких -
всё, что остаётся.
Бесконечно шагай вперёд.
Отхлебнув Конан-Дойля, закусывая Ремарком.
Мимо хроники невезений,
Мимо тех, кто бесстыдно врёт.
Человек может быть злым — вот всё, чему нас учили,
и вытолкнули сюда, в жизнь,
которая оказалась проще предостережений,
но куда сложнее, чем нам казалось.
Мы почему-то думаем, что «жизнь» должна опираться на органику, на разных червей и обезьян, ползающих по поверхности громадных каменных шаров. И других вариантов мы просто не видим. До такой степени, что у нашего Бога есть свойственный приматам волосяной покров — борода, за которую его то и дело хватают отважные человеческие мыслители.
Но «жизнь» — это просто переживание ограничений и обязательств, накладываемых материей на сознание. Сцепление одного с другим на некоторое время. И происходить это сцепление может любым способом, какого только пожелает сознание, выдумавшее эту самую материю для своего развлечения.
This is where we are today
People going separate ways
This is the way things are now
In dissaray.
I read it in the papers
There's death on every page
Oh Lord, I thank the Lord above
My life has been saved.