— Я не католик, но все равно люблю приходить сюда помедитировать. Ну или помолиться, как вам угодно.
— Если вы не католик, то кому вы молитесь?
— Вселенной. Балансу. Камешку на полу и воздуху, окружающему нас. Вам и себе.
— Что это — буддизм?
— Это жизнь, сеньорита, как она есть.
— Тебе нужно понять все.
— Что понять-то?
— Что даже самая тяжелая жизнь – это дар. Что любовь бесценна и редка. И что каждое доброе дело засчитывается. И что даже один человек может изменить мир, если пожелает этого всем сердцем, поверит в себя и в людей, которые в него верят.
... И хотя я придерживаюсь священного учения Будды, советую тебе не шутить с Иисусом.
Я вижу, как некоторые молодые ребята – наши соотечественники, не прочитав ни строчки из Евангелия, начинают читать брахманскую, буддийскую литературу, Коран и тому подобное. Едут они и к индийским гуру. Потом там им приходится не по душе и они возвращаются в Православие, однако уже заразившись в этих восточных культах целой кучей разных [духовных] микробов. Люди повреждаются, и потом им трудно найти истину. Пусть человек сперва [жизненным опытом] познает Православие, а потом – если Православие ему не нравится – уходит из него. Пусть он познает Православие правильно и потом сравнит его с различными религиозными учениями, о которых он слышит. Ведь, познав Православие, человек сможет отличить подделку от золота или понять, насколько чисто золото, сколько в нем каратов. Такого человека не проведешь на мякине, он не принимает за золото все то, что блестит.
Опять вы пургу гоните... Как секс в сериалах. Они там говорят, говорят, а когда, наконец, доберутся до кровати, все происходит в темноте и под тремя одеялами.
... По утрам, попивая чай, я вглядывался в парящий силуэт колокольни и чувствовал, как ежатся и растворяются в чистом воздухе ночные химеры, как покой и мир, пусть ненадолго, входят в душу. Это был покой с привкусом полыни и мир, припорошенный солью высохших слез — своих и чужих. Но иного мира, иного покоя у нормального человека в наше вполне нормальное время быть не может.
Люди рождаются только с чистой природой, и лишь потом отцы делают их иудеями, христианами или огнепоклонниками.
Религия есть познание Бога. Наука есть познание вселенной. Но с ещё большим основанием можно утверждать, что религия научает познавать Бога в его сущности, а наука — в его деяниях; таким образом, обе приводят к Богу.
Иуда, как известно, продал Христа за тридцать серебренников, а «нынешние священники делали это ежедневно за пенни».
Cлайд с цитатой