... Самое главное — первая фраза в разговоре, в ней ключик. Гладко вошёл в беседу — откроется дверь, узнаешь от человека всё, что хотел.
Триумф цветка наступает, когда он уже срезан, настоящая его жизнь неотрывна от смерти.
... Самое главное — первая фраза в разговоре, в ней ключик. Гладко вошёл в беседу — откроется дверь, узнаешь от человека всё, что хотел.
Триумф цветка наступает, когда он уже срезан, настоящая его жизнь неотрывна от смерти.
— ... Вы думаете, зачем вокруг дворцов и хоромов столько нищих и убогих жмется?
— Понятно, зачем. Там подают б-больше.
— Нет, бедные лучше богатых подают. А это господь счастливым несчастных показывает: помните, что в мире горя много, и сами от горя не зарекайтесь.
Я не хочу говорить о всяких Баррозу (председатель Еврокомиссии), других козлах, быках и прочих... Козлы — они и есть козлы...
Будучи приукажен заведовать тихим островным монастырём, высокопреподобный справедливо рассудил, что мода — особа ветренная и, пока она не обратила свой взор в сторону какой-либо иной, не менее почтительной обители, надобно извлечь из притока пожертвований всю возможную пользу.
Я умею слушать. Это особое искусство состоит в кивании головой и напряженно-сочувственном выражении лица. Полезно также время от времени открывать и тотчас же закрывать рот, как будто вы хотите перебить рассказчика тысячью вопросов, но умолкаете, подавленные громадным интересом рассказа.
Первая утренняя папироса — одна из радостей жизни. И, как большинство жизненных радостей, запретная.
Но мне надо сначала придумать, о чём говорить. Это совсем не просто: говорить что нибудь только ради того, чтобы говорить, хотя иной раз можно долго говорить ни о чём, и это получается как то само собой…