Иногда и прощание бывает очень счастливым.
Прощание — это дело лишнее, напрасно обременительное и не вызывающее ничего, кроме грусти. Куда приятнее здороваться по возвращении...
Иногда и прощание бывает очень счастливым.
Прощание — это дело лишнее, напрасно обременительное и не вызывающее ничего, кроме грусти. Куда приятнее здороваться по возвращении...
Некоторые люди, как канделябры, все время хотят держать свечку при чужих отношениях.
— Ты правда собираешься стоять тут и спорить, кому искупление нужнее? Ты не виноват в смерти Энзо, Стефан!
— Сколько не повторяй, правдой это не станет! Мы несём ответственность за свои действия, каждая пролитая мной капля крови лежит на моей совести.
— На моей совести их гораздо больше!
— Дэймон, я человек. Через шестьдесят лет я состарюсь и умру. Тебя же буквально ждёт вечность с Еленой.
— Зачем мне эта вечность без тебя?
— Думаешь я этому рад? Я только что женился, моя жена ждёт, когда я вернусь к ней. Но уже почти два века с тех пор, как я обратил тебя в вампира. Я делал всё, чтобы превратить тебя в мужчину, который заслуживает счастья.
— Нет.
— Позволь сделать это ради тебя.
— Нет.
— Тогда позволь сделать это ради меня. Прошу.
— Я люблю тебя, братишка.
— И я тебя люблю.
Не люблю желтый цвет. Он чем-то тревожен. Не в меру радостный, как напряженный смех перед нервным срывом. От желтого так солнечно, что слепнешь...
Мы, мужчины, не умеем сказать «прощай», оставаясь при этом джентльменами. Может, Кэри Грант или Дэвид Нивен знали, как это делается, но я сомневаюсь, что им было под силу сказать: «Дорогая, я больше не люблю тебя», — сохраняя при этом обаяние.
Наступит полночь в тишине,
ты набери в ладошку звезды,
купайся в лунном серебре,
ко сну не возвращайся поздно.
Плети из трав венки полей,
и мак вплети, как чьи-то души,
росу пречистую испей,
молчи, смотри и просто слушай...
Что ж, если говорить без фальши,
Ты что ни день — отходишь дальше,
Я вижу по твоим глазам
И по уклончивой улыбке, —
Я вижу, друг мой, без ошибки,
Что нет возврата к чудесам.
Прощай. Насильно мил не будешь,
Глухого сердца не разбудишь.
Я — камень на твоем пути.
Ты можешь камень обойти.
Но я сказать хочу другое:
Наверно, ты в горах бывал,
И камень под твоей ногою
Срывался, падая в провал.
Все когда-нибудь повторяется. В который раз я собираю вещи и ухожу из замка. Сначала из отцовского, но тогда я бежал, спасая свою голову. Потом замок Эзара, но тогда я начинал самостоятельную жизнь и переселился сюда, в эту мрачную громадину. Теперь я ухожу из собственного замка, собираясь увидеть родного брата. Причины разные, но смысл один — я ухожу.
Блеснула боль в твоем прощальном взоре,
Покрылись сумраком любимые черты.
Никто не дал мне столько горя
И столько радости, как ты.