Теперь миром правит не тот, у кого много солдат, а тот, у кого наука впереди.
Когда идет передел власти, люди перестают интересоваться состоянием наук.
Теперь миром правит не тот, у кого много солдат, а тот, у кого наука впереди.
Все, не только земля, но и человеческий труд, и человеческая личность, и совесть, и любовь, и наука, — все неизбежно становится продажным, пока держится власть капитала.
Все, не только земля, но и человеческий труд, и человеческая личность, и совесть, и любовь, и наука, — все неизбежно становится продажным, пока держится власть капитала.
— Как видишь, Фарья, гарем совсем не такой, как о нем говорят.
— Не такой, верно. Это очень странно.
— Что странного?
— Гарем, Султанша. Я его совсем не таким представляла. Я столько всего слышала... словно, это мир сказок.
— Не верь всему, что слышишь. Многое из этого ложь. Но верно, что это мир сказок. А знаешь, почему?
— Почему, Султанша?
— Потому что ни в каком другом Дворце мира, в который ты вошла как рабыня, тебе не стать Султаншей, которая правит всем Миром!
В науке есть волшебство, в каждой пластиковой баночке транквилизатора есть яблоко для моей спящей красавицы.
Русь зашаталась и начала разваливаться, когда слабый и неумный царь в девятьсот пятом году затеял играться в свободы. Все, кому предписано помалкивать, сразу разговорились. Стадо, которому полагалось собираться, только когда прикажут, немедленно превратилось в стаю. Кому от этого стало лучше? Никому.
– Кого вы победите? – спросил Александр, входя в дом.
– Замышляем захват власти, – сообщила Кыса.
– О как! Утром еще все было как у людей, а вечером уже ГКЧП заседает. Мэтью, у тебя так было когда-нибудь в жизни, что ты утром на работу пошел, а вечером домой вернулся, а там государственный переворот?
Тираннозавра не нужно кормить. Он любит охотиться. Человек не может подавить животный инстинкт, которому 65 миллионов лет.
Ведь когда человек не загребает богатство, для обретения которого ему достаточно протянуть руку, он неизбежно становится загадочным, смущает и раздражает простые умы. А между тем есть вещь значительнее богатства — власть. Кто владеет богатством, тот владеет еще не всем. Только власть может дать полное удовлетворение всем человеческим страстям.