Войны зависят от славы, и часто ложь, которой поверили, становится истиной.
Нет ничего более опасного, чем истина. Потому что именно истина, а не ложь, способна наиболее эффективно разделять людей и стравливать их друг с другом.
Войны зависят от славы, и часто ложь, которой поверили, становится истиной.
Нет ничего более опасного, чем истина. Потому что именно истина, а не ложь, способна наиболее эффективно разделять людей и стравливать их друг с другом.
А вы верите в «первоисточники», кроме, естественно, официальных заявлений российского правительства? Я предпочитаю «первоисточникам» не верить, потому что мы находимся в, так называемом, тумане войны, а первое, что погибает на войне — это правда.
Если войну можно развязать посредством лжи, то мир можно установить с помощью правды.
У каждой правды — своя правда.
У каждой лжи — своя ложь.
И даже истину можно подвергнуть сомнению!
— Вчера я не могла найти свой пропуск. Скажи, это не ты его взял?
— А что ты хочешь услышать: правду или ложь?
Фюрер вам станет рассказывать — дескать, война
Продлится всего четыре недели. К началу осени
Все вы вернётесь домой. Но осень
Много раз придёт и пройдёт, а вы
Не вернётесь домой.
Мы начинали без заглавий,
Чтобы окончить без имен.
Нам даже разговор о славе
Казался жалок и смешон.
И яростную жажду славы
Всей жизнью утолить должны,
Когда Россия пишет главы
Освобождающей войны, —
Без колебаний, без помарок —
Страницы горя и побед,
А на полях широких ярок
Пожаров исступленный свет…
Живи же, сердце, полной мерой,
Не прячь на бедность ничего
И непоколебимо веруй
В звезду народа твоего.