— Прости меня.
— Бог простит.
— Прости меня.
— Бог простит.
Даже если Бог не прощает нас, мы-то можем его простить. Мы должны проявить себя выше Бога. Лучше, великодушнее. Мы должны простить Бога… За то, что он сотворил нас низкорослыми. Толстыми. Нищими. Мы должны простить Бога за раннее облысение. За кистозный фиброз. За подростковую лейкемию. Мы должны простить Богу его безразличие по отношению к нам – забытому Богом научному эксперименту, брошенному обрастать плесенью. К золотым рыбкам Господа, оставленным в аквариуме без присмотра, вынужденным подбирать со дна свое собственное дерьмо, чтобы не умереть с голоду.
За грехи наши и зло человеческий облик приняло. Бог-то простит, только ты себе не прощай. Так и живи – меж великим прощением и собственным терзанием.
Я не разбираюсь в религиозных тонкостях. Но мне кажется, что Бог – если он существует – простил бы мстителя. А если кто от мести откажется, того Бог, может быть, и не станет прощать.
Порой я думаю, прости ли нас Бог за то, что мы творим друг с другом? А после оглядываюсь и понимаю… из этих мест, Бог давным-давно ушел.
Страницу и огонь, зерно и жернова,
Секиры остриё и усечённый волос -
Бог сохраняет всё, особенно слова
Прощенья и любви, как собственный свой голос...
Я умею прощать. Такими Бог создал людей. Мы способны проклинать, и мы способны прощать. Все зависит от нашего решения. Это равновесие.