Рем Дигга, Chris Yank — Дорога домой

Другие цитаты по теме

Она так и осталась нетронутой, но там за дверью темнота.

Это моя детская комната с кучей машинок и роботов.

В ней всё ровно так, как я когда-то оставил это там.

Да пусть пропадет эта куча хлама пропадом.

Кому нужны эти постеры, игры, кассеты, учебники?

Хранить это не вижу, мама, повода.

Возьми да и просто выбрось, всё это зачем тебе?

Моя старая мама живет, как во сне, ну что с ней?

Давно повзрослел её сын, а ей всё верить не хочется.

Она всё ещё заходит в детскую и слышит в ней мой смех.

Меня ждет такси — её снова ждёт одиночество.

Выходит караван на юг, уходит в темноту.

Каждый взял свою мечту, чтобы она грела там в аду.

Да... Когда я подумаю, как мы были счастливы, какой большой выигрыш выпал нам в жизни, как мы позволили привычке усыпить себя... Привычке, которая как школьная резинка стирает всё... Да надо было каждую минуту говорить себе: «Какое счастье! Какое счастье! Какое...»

Рагнара всегда любили больше меня. Мой отец. И моя мать. А после и Лагерта. Почему было мне не захотеть предать его? Почему было мне не захотеть крикнуть ему: «Посмотри, я тоже живой!» Быть живым — ничто. Неважно, что я делаю. Рагнар — мой отец, и моя мать, он Лагерта, он Сигги. Он — всё, что я не могу сделать, всё, чем я не могу стать. Я люблю его. Он мой брат. Он вернул мне меня. Но я так зол! Почему я так зол?

Вот она, жизнь — стоит кого-то полюбить, как его у тебя забирают.

Мы привязались друг к другу, мы нужны друг другу – два случайных одиночества.

Печально, но факт: чем меньше у нас денег, тем чаще мы хватаемся за бумажник.

Во сне, а быть может, весною

ты повстречала меня.

Но осень настала, и горько

ты плачешь при свете дня.

О чём ты? О листьях опавших?

Иль об ушедшей весне?

Я знаю, мы счастливы были

весной... а быть может, во сне.

Я охотно повторяла парадоксы, вроде фразы Оскара Уайльда: «Грех — это единственный яркий мазок, сохранившийся на полотне современной жизни». Я уверовала в эти слова, думаю, куда более безоговорочно, чем если бы применяла их на практике. Я считала, что моя жизнь должна строиться на этом девизе, вдохновляться им, рождаться из него как некий штамп наизнанку. Я не хотела принимать в расчет пустоты существования, его переменчивость, повседневные добрые чувства. В идеале я рисовала себе жизнь как сплошную цепь низостей и подлостей.