— Стоило подстричься...
— Человек твоего возраста должен радоваться, что у него до сих пор есть волосы!
— Вы отлично выглядите, сэр!
— Спасибо, Скотт. Лучше бы ты был моим сыном.
— Там этикетка есть?
— Какая этикетка?
— Где сказано, как его вырубить!
— Зачем клеить такие этикетки на капканы?!
— Звери ведь читать не умеют, идиот!
— Так ты соврал мне?
— Все зависит от того, как ты определяешь ложь.
— Я считаю ложью скрытие правды, а что такое ложь для тебя?
— Наклон тела в горизонтальном положении?
— Короче, есть четверо.
— Четверо подозреваемых?!
— Да, хотя сперва было десять... Вообще-то девять, просто я Дерека два раза посчитал.
— Надеюсь, ты сможешь ответить на вопросы без своего привычного сарказма?
— Надеюсь, вы сможете задать мне вопросы без своей привычной тупости?
— Отвези его ко мне домой и не спускай с него глаз.
— Ладно. А ты чем займёшься?
— Хочу поговорить с тем, с кем нам давно надо было поговорить.
— Терпеть его ненавижу!
— Что ты здесь делаешь?
— Ты имеешь в виду, что я здесь делаю? А что? Это же клуб, мы тусовались в клубе.
— Этот клуб не для таких, как ты.
— Ну... Что ж, пап, нам нужно серьёзно поговорить.
— Ты не гей!
— Но я могу им быть.
— Не в этой одежде.
– Кажется, я видел его. Словно... в середине комнаты... что-то открылось. Всего на мгновение. А потом исчезло.
– Разлом.
– Мне казалось, что разлом лишь один. Мы видели, как он исчез.
– Вы вспомнили Стайлза, и появился новый разлом.
– Если шериф смог сделать это...
– Может, мы сможем.
– Но этот разлом закрылся.
– Тогда мы откроем его снова.
– Как?
– Вспомнив Стайлза. Мы должны вспомнить всё.
— Помнишь, как я чуть не убил тебя и Джексона? У меня был тот, кто меня остановил. А у него нет.
— Он сам виноват.
— Это не важно. Если мы можем его спасти, то нужно попытаться.
– Ты когда-нибудь слышал о сонном параличе?
– Нет, а мне стоит об этом знать?
– Тебе когда-нибудь снилось, что ты сейчас проснёшься, но ты не мог ни шевелиться, ни говорить?
– Да, бывало такое.
– Такое бывает, потому что во время быстрого сна тело в буквальном смысле парализовано. Это называется миастения. Если во сне тебе снится, что ты бежишь, на самом деле это не значит, что ты бежишь.
– Логично.
– Но иногда твой разум может проснуться раньше твоего тела, и вот в эту долю секунды ты и осознаёшь, что твоё тело парализовано. И вот тогда начинается страшное: сон превращается в кошмар. Ты можешь чувствовать, что ты падаешь, тебя душат или как в моём случае – будто ты в центре рощи магических деревьев, где людей приносили в жертву.
— Они пытаются нам помочь.
— Эти двое?.. Вот эта воспользовалась мной, чтобы оживить моего психованного дядю, спасибо. А вот эта выпустила около тридцати стрел в меня и в мою стаю.
Cлайд с цитатой