Один выстрел в голову — в мою голову — и туман рассеялся... Его зовут Леннокс, работает на «Стражей» — они, типа, «хорошие ребята». Живые или мёртвые — мы были марионетками «Атласа». И Леннокс знал, что они сделают всё, чтобы нас вернуть. Но никто не учёл, что одна из них почти разорвала верёвки.
«Атлас» выставлял себя спасителем человечества — и в это же время разрабатывал самое разрушительное оружие уничтожения. И всё только ради денег. Вот только оружие обернулось против них: инфекция «Атласа» разнеслась по Западному полушарию катастрофиеским лесным пожаром, пожирая всё и вся на своём пути, а я был той самой спичкой в руках поджигателей. До сих пор об этом я ничего не помнил, но ты не можешь перестать быть самим собой... Даже если ты — монстр.
Тот для пенья рожден,
Кто от любви умирает.
Тот рожден для любви,
Кто умирает в пенье.
Кто рожден для пения, тот -
И умирая, поет.
Кто для любви родился,
От любви и умрет.
Мне открылось, что Времени нет,
Что недвижны узоры планет,
Что Бессмертие к Смерти ведет,
Что за Смертью Бессмертие ждет.
Какая сладость в жизни сей
Земной печали непричастна?
Чьё ожиданье не напрасно?
И где счастливый меж людей?
Всё то превратно, всё ничтожно,
Что мы с трудом приобрели, —
Какая слава на земли
Стоит тверда и непреложна?
Всё пепел, призрак, тень и дым,
Исчезнет всё как вихорь пыльный,
И перед смертью мы стоим
И безоружны и бессильны.
Рука могучего слаба,
Ничтожны царские веленья —
Прими усопшего раба,
Господь, в блаженные селенья!
Как ярый витязь смерть нашла,
Меня как хищник низложила,
Свой зев разинула могила
И всё житейское взяла.
Спасайтесь, сродники и чада,
Из гроба к вам взываю я,
Спасайтесь, братья и друзья,
Да не узрите пламень ада!
Вся жизнь есть царство суеты,
И, дуновенье смерти чуя,
Мы увядаем, как цветы, —
Почто же мы мятемся всуе?
Престолы наши суть гроба,
Чертоги наши — разрушенье, —
Прими усопшего раба,
Господь, в блаженные селенья!
Средь груды тлеющих костей
Кто царь? кто раб? судья иль воин?
Кто царства божия достоин?
И кто отверженный злодей?
О братья, где сребро и злато?
Где сонмы многие рабов?
Среди неведомых гробов
Кто есть убогий, кто богатый?
Всё пепел, дым, и пыль, и прах,
Всё призрак, тень и привиденье —
Лишь у тебя на небесах,
Господь, и пристань и спасенье!
Исчезнет всё, что было плоть,
Величье наше будет тленье —
Прими усопшего, Господь,
В твои блаженные селенья!
И ты, предстательница всем!
И ты, заступница скорбящим!
К тебе о брате, здесь лежащем,
К тебе, святая, вопием!
Мы все умрем, мне 75 — и я умираю, вы моложе — но тоже умираете. Это просто вопрос персонального графика.
— Никак опять обиделся!
— Не думаю. Просто нервничает немного.
— Ещё бы не нервничать! Вбил себе в башку, что умер, вот его и трясет. Ко всему надо относиться спокойнее. Умер, не умер, держи себя в руках. Еще первый день не прошел, а он так разнервничался. А впереди целая вечность...
Cлайд с цитатой