— Спросите меня, который час.
— Хорошо, — согласился Освальд. — И который же теперь час?
— Половина поцелуя. Час пробил, пора целоваться!
— Спросите меня, который час.
— Хорошо, — согласился Освальд. — И который же теперь час?
— Половина поцелуя. Час пробил, пора целоваться!
Ему неизменно казалось, что чужая радость, как прожектор в ночи, только сгущает мрак в его пустой душе.
Забравшись в лодку, Освальд поискал глазами спасательный жилет, но ничего похожего не обнаружил. А когда спросил про жилет у Клода, тот глянул с таким выражением, будто Освальд издевался над ним.
— Спасательный жилет?
— Ну да. Стыдно признаться, но я не умею плавать.
Клод постарался его успокоить:
— Спасательный жилет вам без надобности. Если свалитесь за борт, утонуть не успеете. Аллигаторы сожрут раньше.
Если у тебя есть дети — это вовсе не гарантия того, что тебя будут навещать. Нет, никаких гарантий...
Ни одна женщина не будет расстраиваться из-за того, что ее поцеловал мужчина, который умеет это.
— Какие красивые волосы... и кожа, такая белая. Наверное, такая мягкая на ощупь. О чём я только думаю?!! Зачем мне её трогать?! Это из за того, что она поцеловала меня?
— Почему ты так делаешь?!
— Ты смотрела на меня так, будто хотела, чтобы я прикоснулась к тебе.
(И вовсе я не хотела, что бы она меня касалось).
— Почему ты так печально на меня смотрела, как во время того поцелуя, и когда я сказала что тебя используют? На мгновение, твой взгляд стал печальным. Ты и на других так смотришь? Если тебе тяжело быть одной, я... всё хорошо, я с тобой.