В конце концов, ты хочешь быть с кем-то, с кем можно лежать рядом, свернувшись калачиком. С кем-то, кто знает, когда нужно заказать китайскую еду.
Мне нравится, когда мне завидуют. Значит, я выигрываю.
В конце концов, ты хочешь быть с кем-то, с кем можно лежать рядом, свернувшись калачиком. С кем-то, кто знает, когда нужно заказать китайскую еду.
Слушай, я тут уже почти три года и думала, что повидала уже все постановки лесбийского театра. Но вы двое — это совершенно новая пьеса. Что ***ня у вас произошла?!
Раневскую спросили, как складывались ее взаимоотношения с режиссером спектакля:
– Мы изображали любовь слонихи и воробья.
Мужчина может надеть что хочет — он всё равно останется всего лишь аксессуаром женщины.
— Нэнси была к нему ближе всего. Она классический пример властной партнёрши.
— Что?
— Ты знаешь этот тип. Они всегда ищут слабых, чтобы потом иметь власть в отношениях.
Те, кто прошел через страдания, становятся самыми сострадательными. Они знают, что такое боль, и понимают других.
... Мужчины всегда думают, что девушке ничего не стоит привлечь парня. Сами девушки придерживаются иного мнения.
Многие люди склонны преувеличивать отношение к себе других — почему-то им кажется, что они у каждого вызывают сложную гамму симпатий и антипатий.
Когда мужчина и женщина знакомятся, у мужчины складывается образ женщины с его точки зрения, а у женщины — образ этого мужчины с её точки зрения. Затем оба пытаются «подогнать» друг друга под сложившиеся у них образы. Теперь в отношениях задействовано шесть масок! Разумеется, каждый обманывает другого, даже если сами они того не сознают. Их отношения основаны на страхе и на лжи. В них нет ничего истинного — один не в силах ясно разглядеть другого через многослойную туманную пелену.
— Ну и зачем всё это было нужно? — поинтересовался наблюдавший за операцией через стекло демиург Мазукта.
— Ты имеешь в виду, зачем нужны были боль, кровь и страдания?
— Именно. Насколько я понимаю, тебе не составило бы труда провернуть все быстро и безболезненно. Так зачем же..?
— Понимаешь… — задумчиво протянул Шамбамбукли, ополаскивая руки после операции, — оно ведь как все должно было быть? Вот захотел человеку бабу. Попросил творца её сделать. Творец вколол ему снотворное, уложил баиньки, трах-тибидох! — а когда человек проснулся, ему подводят уже готовую женщину и говорят «на, мол, пользуйся». И как после этого он станет к ней относиться?
Мазукта почесал за ухом и протянул: «поня-а-атно…»
— Ну вот. А так… может, он хоть немного будет её ценить? — с надеждой произнёс Шамбамбукли.