Надежда подобна сокровищу, которое невозможно хранить в одиночестве.
Влюбленное сердце
Свирепствует,
Словно лев разъяренный,
Но нежности райская птица
Здесь же, рядом.
Надежда подобна сокровищу, которое невозможно хранить в одиночестве.
Влюбленное сердце
Свирепствует,
Словно лев разъяренный,
Но нежности райская птица
Здесь же, рядом.
Снедавшие её всё новые страсти делали её жизнь похожей на те облака, которые плывут по небу, отражая то лазурь, то пламя, то непроглядный мрак бури, и оставляют на земле одни только следы опустошения и смерти.
Похожая история случалась, и не раз,
И каждого из нас вёл за собой ветер морской,
И парусами полными качались облака,
Там, где встает заря, мы бросим якоря!
«Я скучал по тебе», — говорит он. В груди у меня раздается звук — словно ласточка, выбившись из сил, тихо падет на землю.
Я ставил на красное. Я ставил на черное, но вышло зеро.
Любовью это зовется.
А что любовь по сути? Автомат игральный.
Цветок любви до срока вянет
И сумерки таят печаль,
Но утром солнышко проглянет
И снова золотится даль.
Как море глубока любовь,
В ней утонуть так просто.
Но в море брошусь вновь и вновь,
Чтобы найти свой остров.
По тысячам дорог моих желаний
мелькают тени.
Темные. Спешат
в Ничто. Зачем?
Чтоб разгадать загадку
существованья? Тащат за собой
оковы, кандалы, как воин — славу.
И улыбаются легко и тупо.
Но я — не тень.
А цепи должно рвать,
как подобает человеку.
Должно
не верить в чудо, стать самим собой
волной, несущей корабли надежд.
И пусть уходят тени,
торопясь
узнать у смерти,
что такое жизнь.
... она поцеловала Валькура в лоб робко и быстро, так, что ему показалось, будто его овеяло теплым дыханием или рядом пролетела ласточка.
– Надежда — глупое чувство, — покачал головой сэр Махи, – лучше ни на что не надейся, мой тебе совет!