Вот что бывает, когда у тебя есть страшная тайна. Тебя волнует все, что происходит вокруг, и ты все время думаешь: а что, если это касается тебя, что, если это тебя затронет?
Ну почему людям нужно придумывать всякие небылицы, когда Вселенная и без того просто кишит невероятными вещами!
Временами она ощущала какую-то смутную тоску... Если бы хоть кто-то мог её понять! И если уж загадывать желание, то пусть оно будет об этом... О том, чтобы кто-то вместе с ней смотрел в ночное небо.
«Так, она и вправду сумасшедшая. Но мне все равно. Кажется, я влюбился». Он стоял рядом с ней.
– Послушай, я тоже буду сражаться. Как ты думаешь, кто это? Медведь, койот?..
– Мой брат.
– Твой... – Марка охватил испуг. Это было уже за гранью вообразимого безумия.
Когда встречаешь духовного супруга, тебя поражает, как молнией. И ты сразу понимаешь, что это – единственный человек на свете, предназначенный только для тебя. Ты не думаешь о том, что он твой духовный супруг, ты просто знаешь, что он – твоя судьба, нравится тебе это или нет.
Прежде чем полюбить человека, ты сначала его узнаешь. А духовного супруга не выбирают – встретив его, ты не властна что-либо изменить, и твои чувства к нему не имеют никакого значения. Он может совершенно не подходить тебе – ни по своему внешнему облику, ни по характеру, ни по возрасту. Но без него ты никогда не будешь счастлива по-настоящему.
Это был всего лишь самый красивый юноша, какого она видела в своей жизни. Высокий, тонкий, изящный, он сидел у журнального столика, вытянув перед собой длинные ноги. Выражением лица он походил на большого симпатичного кота: резкие черты, слегка раскосые озорные глаза и обезоруживающая ленивая усмешка. Нет, не просто ленивая, подумала Мэри-Линетт, а дурацкая и льстивая. А может, даже тупая. Красивые парни не производили на Мэри-Линетт впечатления, если только не были худощавыми и темноволосыми и если с ними не было интересно, как... ну, как с Джереми Лаветтом, например. У роскошных парней, этаких ленивых больших котов, нет никаких стимулов развивать свой ум. Они самовлюблённые и тщеславные, и их коэффициента умственного развития хватает лишь на то, чтобы кое-как переползать из класса в класс.
– Сдавайся, Моргед!
– Убей меня.
– Я сломаю тебе запястье.
– Прекрасно! Надеюсь, тебя это порадует.
... Степень близости даже между самыми родными людьми имеет свои пределы. Нельзя постоянно рыться в собственной душе, выкапывать из неё мусор или алмазы и совать их под нос избраннику. Чужие кладовые становятся так же быстро скучны, как чужие коллекции марок или значков. Человек тебе интересен, пока не все свои сундуки он открыл или ты не проник в них тайно.
Гейзер страсти, восторг безумия. Но под ними – хорошо спрятаны, надежно упакованы – у каждого имелись персональные скелеты в шкафах. Веселенькие скелетики в бронированных шкафчиках. Они плясали втихомолку, не торопясь выставиться на обозрение. Наверное, поэтому мы расстались легко, испытывая лишь невнятное сожаление…
Cлайд с цитатой