Джим Джармуш

Счастливее всего я тогда, когда снимаю кино. Киносъемка как секс. Написание сценария – обольщение, а последующие съемки – секс, потому что ты делаешь фильм вместе с другими людьми. Монтажные работы – это как беременность, затем рожаешь, и твоё дитя уносят. После этого я смотрю фильм один раз, в кинотеатре, где зрители не знают о моём присутствии. Потом я никогда его не смотрю. Меня уже от него тошнит.

0.00

Другие цитаты по теме

Понятие независимости — относительное. Вас нельзя назвать независимым, если вы не снимаете кино за свой собственный счет, чего в здравом уме никто не делает.

Быть независимым — значит идти не тем путем, который диктует инвестор.

Зрители должны понимать, что к ним относятся пренебрежительно, кормят говном на лопате. Сколько молодежных фильмов о потере девственности нужно посмотреть, пока до вас дойдет: «Черт! Кажется, здесь есть какая-то формула».

Есть столько способов снимать фильмы, сколько людей их снимает.

— Однажды вы сказали, что скорее предпочли бы снять фильм про человека, выгуливающего собаку, чем про императора Китая...

— Ого, не помню такого... Теперь я хочу снять фильм про императора Китая, выгуливающего собаку.

Приятно находиться перед объективом камеры, это особое чувство.

Для многих, наверно, открытие, но обычно зритель ассоциирует себя с главным героем и сильно переживает за то, что с героем происходит. Здесь главного героя нет, здесь шайка дегенератов. Может ли зритель ассоциировать себя с группой дегенератов и переживать за них? Нет, не может. Может ли ассоциировать себя с конкретным дегенератом и переживать конкретно за него? Ну вот конкретно ты, будешь ли ты переживать за судьбу маньяка Чикатило? Если да — тебе прямая дорога в дурдом, где тебе попытаются помочь хорошими таблетками и хотя бы оградят от тебя общество. Нормальный зритель не ассоциирует себя с серийным убийцей.

Нормальный зритель не переживает за маньяка. Нормальный зритель хочет, чтобы убийцу — убили, а маньяка — усыпили. И дегенераты из фильма Отряд самоубийц ни малейшего сочувствия и сопереживания не вызывают.

У них есть дети? Какая прелесть. А у тех, кого они убивали — детей и близких нет? У них есть возлюбленные? Какая прелесть. А у тех, кого они убивали, возлюбленных нет? Что общего может быть у нормального человека со скотом? Ничего. Ну а если ты сегодня сопереживаешь маньяку-убийце, завтра ты будешь сопереживать Гитлеру. Хотя, о чём это я? Многие давно и успешно Гитлеру сопереживают.

В конечном счёте, сколько бы высокооплачиваемых звёзд ни снялось в супербоевике, как бы великолепны и роскошны ни были эпизоды оргий в нем, его успех у зрителей зависит от того, в чьём обществе каждый отдельно взятый зритель наслаждается фильмом. Если не задалось ещё в фойе, ни о каком удовольствии в истинном смысле слова и речи быть не может.

Кино не победит книги. Все эти ребята, типа Кингсли Эмиса, постоянно твердят: книга мертва, общество сползает в трясину, культура уничтожена, кругом идиоты, имбецилы, телевидение, поп-музыка, разложение, дегенерация и все такое. И тут вдруг появляется чертов Гарри Поттер — гребаная хрень на 734 страницы, которая расходится пятимиллионным тиражом за двенадцать часов. Про себя я промолчу...

Мне иногда нравится, когда в фильмах люди просто сидят, не произнося ни слова.