Русских я действительно люблю, хотя сыграть роль русского никогда бы не смог. И не только из-за несовпадения внешних данных. По-моему, русские немного сумасшедшие, все у них чрезмерно — и радость, и боль. Или они сходят с ума от счастья, или от несчастья!
Так вот что значит знаменитый русский фатализм... Смотреть сквозь запотевшее стекло, как все твои добрые намерения тонут в колоссальном бардаке, окружающем тебя.
Русские в своей истории делятся на тех, кто не хотел цивилизоваться и развиваться и тех, кто хотел.
В стране, страдающей перепотреблением водки, всеобщие десятидневные праздники становятся страшнее любого массового теракта.
Гостиница «Интурист». На крыльце группа французов, с любопытством наблюдающая пробегание странной толпы: интереснейшее явление, этот русский народ, вроде бы белые, но абсолютно не европейцы.
Самое мерзкое в любой поездке — это приехать домой и опять стать русским в толпе русских.
Русский человек только тем и хорош, что он сам о себе прескверного мнения. Важно то, что дважды два четыре, а остальное все пустяки.
Загляни в душу русского человека и увидишь там телевизионный экран, показывающий все программы одновременно.
«Нормально» — вне всякий сомнений, одно из самых употребимых слов русского языка. Все у них нормально. Как дела — нормально. Как здоровье — нормально. О чем ни спросить — все нормально. При этом я не уставал удивляться, есть ли в России хоть что-нибудь, что вписывается в мое понимание нормы.
Шумное всенародное обсуждение чужой безнравственности помогает россиянам заглушить болевые ощущение от рабского ярма, натирающего им шею.
— Как известно, в английских умывальниках отдельные краны для горячей и холодной воды. Почему русские экономят на одном кране?
— Потому что это русская традиция — смешивать.
Cлайд с цитатой