«Атлас» сбросил бомбу, надеясь покончить с войной. А вместо этого началась жуть, какой никто никогда не видел. Три взвода отправились ловить новую зверушку — два вернулись в мешках. «Приемлемые потери» — по меркам «Атласа». И они притащили это сюда — для изучения. Надо же как-то отбить расходы! Но нам об этом сказать не потрудились. Ни слова. Никакой поддержки. Никого — мы одни. Как же я ненавижу корпорацию «Атлас»!
Ей, солдат, посмотри не меня, тебя укусили? Укусили? Ты в порядке. Ты спас нас, сынок. Посмотри-ка на это...
— Я вас ненавижу!
— Я тебя тоже!
— Чтоб вы сдохли!
— Как и ты!
— Можете убить меня прямо здесь!.. Пожалуйста, не убивайте меня.
Жил-да-был на белом свете симпатичный парень целых двадцать лет
И твердил все годы эти, что любви на белом свете больше нет.
Но однажды он случайно вдруг глазастую девчонку увидал,
И назначил ей свиданье, и пришел, и с нетерпеньем ожидал.
А девчонка та проказница,
На свиданье не показывается!
Он и есть, и пить отказывается,
А любовь-то есть, оказывается!
Есть! Есть!
Принцесса: Отец, ну хоть раз в жизни поверь мне. Я даю тебе честное слово: жених — идиот!
Король-отец: Король не может быть идиотом, дочка. Король всегда мудр.
Принцесса: Но он толстый!
Король-отец: Дочка, король не может быть толстым. Это называется «величавый».
Принцесса: Он глухой, по-моему! Я ругаюсь, а он не слышит и ржет.
Король-отец: Король не может ржать. Это он милостиво улыбается.
Многим кажется, что крепостное право сугубо русское изобретение, ибо у нас тут, как известно, страна рабов, а в Европе, наоборот, царство свободы.
Дедушку Маркса никто не читал, а потому граждане не в курсе, на что способен честный европейский предприниматель ради хотя бы ста процентов прибыли. Ну, не говоря уже про триста.
Написать хороший роман — это как нарисовать картину размером со стену кисточкой для ресниц.
Cлайд с цитатой