— Бережёного Бог бережёт.
— А того, кто много болтает, конвой стережёт.
— Бережёного Бог бережёт.
— А того, кто много болтает, конвой стережёт.
— Это комната Кирилла Евгеньевича! Что вы там делали?
— Ну что ты сразу... Не разу контрольную не тырила?
— Вообще-то не тырила.
— Ах, да, забыл, ты же со шваброй родилась...
— Доброе утро. Приятного аппетита. Елена Сергеевна, с перцами так гениально получилось! Я от них отказалась, и вот так сэкономили. Теперь проблема с туалетной бумагой. Кончилась. Дети много срут. Надо что-то делать.
— Галина Васильевна, спасибо, что испортили всем аппетит...
— Фиксирую впереди нас остатки мощной энергии. Я думаю, это ловушка.
— Эй, да что может случиться?
— Что такое, людишки? Нервы сдают? Я вас жду.
— Куда он всё время убегает? Мы его чем-то обидели?
— Паразиты! Сколько вас надо уничтожить, чтобы вы знали своё место?
Из всех костей святого Дионисия, которые мы видели в Европе, в случае необходимости можно было бы собрать его скелет в двух экземплярах.
— Он псих, так разгоняться, а?
— Тут два варианта — либо у него нет тормозов, либо их нет у его машины.
— Извините. Официантка! (*щелчок пальцами*) Чувак*.
— Здрасьте, что вам угодно?
— Нам бы...
— *Раздражает?*Грубо и невежливо?* Тебя бы отвлекало, если бы тебе так щёлкали на работе? Ой, у тебя её нет, извини.
— Чувак, она тя запалила.
— Но!* Нет, хипстер, не-а! Не воображай, что мы в одной команде, у нас ничего общего. Я ношу вязаные шапки когда холодно, а ты из Колплэя! Ты сделал тату, чтобы позлить папашу, а мой папаша не знает, что он мой папаша. И плюс — ты думаешь*, что по этому звуку тебя обслужат, а я думаю*, что от этого у меня в трусах пересыхает.
— Другая официантка куда-то делась, русская, а нам бы хренку.
— Пожалуйста.
— Вот так обращаются к официанткам.