Рэмбо (Rambo)

Другие цитаты по теме

— Хотите начать заведомо проигрышную войну?

— Двести человек не справятся с одним психом?

— Только не забудьте кое-что!

— Что?

— Запастись мешками для трупов.

Нашли тело Рэмбо. И между прочим, оно угнало грузовик и взорвало заправку.

— Не будет закурить?

— Не хочу омрачать вам вечер, но вы когда-нибудь видели легкие курильщика? Мерзкие, набухшие и черные от дегтя.

— Просто «да» или «нет» вполне хватило бы.

Охваченный диким страхом я весь погряз в грабеже,

Краду я с таким размахом, что даже стыдно уже.

Вот раньше я крал осторожно, а щас обнаглел совсем,

И не заметить уже невозможно моих двух ходовых схем,

В стране объявлена, вроде,

Борьба с такими как я,

Но я еще на свободе,

И здесь же мои друзья.

Всеобщая тревога всё усиливалась, а с нею нарастало и раздражение; наконец некоторые практичные люди вспомнили, что здесь могли бы пригодиться средневековые пытки, например, «испанский сапог» палача, клещи и расплавленный свинец, которые развязывали язык самому упрямому молчальнику, а также кипящее масло, испытание водой, дыба и т. д.

Почему бы не воспользоваться этими средствами? Ведь в былые времена суд, не задумываясь, применял их в делах значительно менее важных, очень мало затрагивавших интересы народов.

Но надо всё-таки признаться, что эти средства, которые оправдывались нравами прежнего времени, не годится употреблять в век доброты и терпимости, в век столь гуманный, как наш XIX век, ознаменованный изобретением магазинных ружей, семимиллиметровых пуль с невероятной дальностью полёта, в век, который в международных отношениях допускает применение бомб, начинённых взрывчатыми веществами с окончанием на «ит».

Лечиться — дорого, умирать — дешево, но хоронить — дороже, чем лечить. Надо жить.

Моему сыну шестнадцать и он недавно пошел второй раз в девятый класс. Вот просто игнорирует математику, по два часа сидит над примером, воткнет ручку и сидит. Я говорю: «Какой ответ?» Он: «Допустим, восемь». Говорю: «Ты тогда, допустим, штукатур. Возможно неплохой. Но вероятнее всего солдат».

— Но в конце концов, Пьер, вы что же, не доверяете мне?

— Нет, почему же, доверяю. Только я вас не верю. Ибо знаете вы не больше моего, я же ничего не знаю.

… Мы живём в свободной стране, каждый заключённый имеет право на попытку к бегству, а каждый надзиратель и часовой имеет право выстрелить ему в спину, если он не остановится по первому окрику.

Мне нравится, как я перевёл «Бульвар Сансет» и как я перевёл «Криминальное чтиво», но это не значит, что я их буду пересматривать в своём переводе. Ненавижу свой голос.