Stand Up

Народ стал невероятно серьёзный. На юмористическом мероприятии в любой момент можно услышать «Это неправда!» Ясен хрен, это неправда, это юмористическое мероприятие. Орать на юмористическом мероприятии «Это неправда» — это как прийти в стрип-бар и кричать «Она меня не любит!»

0.00

Другие цитаты по теме

Не бывает ничего плохого за двадцать тысяч рублей в месяц. Из плохого за двадцать тысяч рублей в месяц бывает только работа.

Твой внутренний голос самая беспринципная мразь на свете. С ним договориться раз плюнуть. Он тебе с утра: «Стасян, сегодня бросаем бухать!» Ты говоришь: «Давай завтра?» «А давай завтра!» Он как бы не настаивает. Он чисто на креативе живёт. Идею вкинул — ты там сам решай.

Какое странное выражение «неконтролируемый гнев»! Гнев и не должен быть контролируемый, это фишка гнева. Это эмоция, а не мочеиспускание. Тебе говорят: «Ты не можешь контролировать гнев, с тобой что-то не так!» Со мной всё в порядке. Не так с человеком, который может контролировать свой гнев. Тот, который говорит: «Ребята, если так дело дальше пойдёт, через полторы минуты я взорвусь!» Вот это страшные люди.

Есть огромная разница между «я влюблен в эту красотку» и «я люблю эту истеричку».

Чтобы убедительно врать, надо хорошо знать правду.

Я всей душой ненавижу Инстаграм, потому что мы засираем пространство ненужными фотографиями. Раньше хотя бы человек фотографировал окружающий мир, восхищался им. Сейчас человек стоит на фоне Гранд-Каньона и думает: «Это, конечно, красиво, но чего-то здесь не хватает. Ах да, моего тупого лица!»

Примите мои поздравления, сэр. Должно быть Вы заработаете на этом кучу денег. То есть еще одну кучу, я хотел сказать.

Есть закон о защите чувств верующих, чувств патриотов. Я клянусь: нам нужен закон о защите чувства юмора. Он нам прям необходим. Закон о защите чувств верующих приняли после истории с Pussy Riot. Есть запрет пропаганды гомосексуализма, есть запрет пропаганды табакокурения. Нужен запрет пропаганды занудства и гундежа на телевидении.

Раньше, мне кажется, человечество было спокойнее, потому что раньше проблему неконтролируемого гнева решали тем, что были публичные казни. Там просто шинковали человечка, мы колбасу в оливье потолще нарезаем, чем там. Люди всем городом приходили с детьми, смотрели и думали: «Ну и слава богу, ну и хорошо. И гневаться не надо...»

А там казни мощные были, конечно. Там если кого-то вешали, люди такие: «А чего это сегодня повешение? Вчера мужчину берёзами разорвали, а сегодня повесили. Палач уже не тот. Казнить палача!»