— Танки у вас не пропадали еще?
— Танки?
— Танки, танки!
— Какие танки?
— Главный интендант округа не знает, что такое танки!...
— Танки у вас не пропадали еще?
— Танки?
— Танки, танки!
— Какие танки?
— Главный интендант округа не знает, что такое танки!...
— Ида Казимировна, Вы ударили нашего сотрудника утюгом, какая же это самооборона?
— Не случилось, знаете ли, веера под рукой.
— Давид Маркович! Я ж уже все глаза заплакала…Ой, я така рада! Насовсем?
— Насовсем.
— Давочка ж вы мой Маркович! А я ж вам поноску собрала. И носочки теплые! И рубашки стираные! И хлебчика, и рыбки вяленой, шоб хоть как-то покушать…
— Спасибо, тетя Песя…
— Вот только папиросы не нашла, Эммик же ж не курит, поменял на мыло. Взял душистое, трофейное. Лучше б пять больших кусков, так он таки два маленьких… Дак Циля взяла тот кусок, и нету! Считай, весь вокруг себя змыла… Так можно, я вас спрашиваю?.. Что там душить, а?!
Это настоящее самоубийство! Сделай одолжение, мальчик, иди домой, поживи еще немного.
Написать хороший роман — это как нарисовать картину размером со стену кисточкой для ресниц.
— Вам никогда не говорили, что глупцы не заслуживают того, чтобы их спасать?
— Мы еще не спасли вас, Малек.