Он занят игрой и каждый второй, да, каждый второй замедляет свой шаг.
Но только не я, я весел и пьян, я только сейчас начинаю дышать.
Он занят игрой и каждый второй, да, каждый второй замедляет свой шаг.
Но только не я, я весел и пьян, я только сейчас начинаю дышать.
Минуту... ещё минуту... мой ветер не стих.
Мне нравится здесь... в Королевстве Кривых.
В пылу самого беспорядочного опьянения я вдруг замечал своё положение. Я замечал, что являюсь глупцом, обманывающим самого себя своими действиями. Иногда же, сколько бы я ни пил, я не мог добиться даже такого обманчивого состояния и погружался в безудержную тоску. Когда же я искусственно получал весёлость, обязательно потом наступала реакция уныния.
— Я даже не знаю, что сказать… То есть ты не сумасшедшая лесная девушка, которая предпочитает спать в гамаке на пляже и питаться личинками экзотических насекомых? Софи даже не могла нормально сформулировать всё, что было у неё в голове. Виски и эмоциональное потрясение в купе с полученным стрессом окончательно выбило её из колеи.
— Ну почему же? Тут ты почти угадала, — рассмеялась Крис.
Ты, наверно, нарочно красишь краской порочной лицо.
Обожжешься — смеешься, вот удача, в конце-то концов.
Прочь фонарь гонит утро, повезло хоть ему-то,
Он поймал тебя красным кольцом.
Ты, наверно, нарочно красишь краской порочной лицо!
В том семестре я начал понимать, что Себастьян — пьяница совсем в другом смысле, чем я. Я напивался часто, но от избытка жизненных сил, радуясь мгновению и стремясь продлить, испить его до дна; Себастьян пил, чтобы спрятаться от жизни. Чем старше и серьезнее мы оба становились, тем меньше пил я и тем больше он.
В чем тут дело: мир ли на самом деле прекрасен и Удивителен или просто наш Марк напился?
Трезвый, я замыкаюсь, как в панцире краб.
Напиваясь, я делаюсь разумом слаб.
Есть мгновенье меж трезвостью и опьяненьем.
Это — высшая правда, и я — её раб!
Только встретив утро понедельника, начинаешь осознавать, что капиталовложение в спиртосодержащие жидкости не принесло никаких дивидендов, кроме похмелья.
Клятвы и угрозы,
Но тому не быть,
Ведь еще не поздно,
Зеркало разбить,
И садится утро на плечо твое,
Хайо