— Неф?
— Всё хорошо, я здесь. Я снова с тобой.
— Я тебя обижала... Зачем ты меня спас?
— Ты ж моя сестра!
— Неф?
— Всё хорошо, я здесь. Я снова с тобой.
— Я тебя обижала... Зачем ты меня спас?
— Ты ж моя сестра!
— Полгода?! Ты бросил меня тут на целых полгода?!
— Эй! Это было не так уж и просто! Пришлось подкупить пару должностных лиц,, выяснить у них, где корабль и нанять громил.
— Ты сам громила! По крайней мере, должен им быть!
Вселенная смотрит на тебя и видит героя. А знаешь, кого вижу я? Труса, который бросил попытки найти своих сородичей. Пока, Рэтчет.
— Неплохо устроились эти Проги...
— Да уж... Скажи, что именно ты ищешь?
— Гида из Музея Межгалактической Истории. Мы с Вендрой украли его, когда узнали, что Измеренитель там.
— Мы должны своровать Измеренитель?
— Своровать, умыкнуть — называй как хочешь. Ну, да — это кража. Но только это устройство может отправить «пустяков» восвояси.
— А ты сам не можешь?
— Сам посмотри. Проворным меня никак не назовёшь. Просто принеси мне артефакт, я его починю — и вуаля: мы спасём сестру и выдворим «пустяков».
— Зачем тебе это, Нефтин? Ведра же тебя вечно гнобит.
— Эх... Она раньше была другой. Она просто злится. Тебе знакомо чувство, когда хочешь чего-то сильнее всего на свете?
— Да. Но если мы тебе поможем, ты должен будешь сдаться. Кронк и Зефер были моими друзьями. Ты должен ответить за то, что сделал. Или спасай свою сестру сам.
— Ладно.
Я стремлюсь быть счастливым в настоящем и по-настоящему. Счастье ведь само не придет, не взорвется хлопушкой над головой. Счастье нужно воззвать, разглядеть, принять, но не отвоевать.
А ну — развею тишину,
Спою, как пели в старину,
Пусть ветер воет на луну
И меркнет небосвод.
Пусть ветер воет, ливень льет,
Я всё равно пойду вперед,
А чтоб укрыться от невзгод,
Во флягу загляну.
Ты видишь — пролетает звездочкой ракета,
А это добрая примета!
Полнеба золотого цвета, и это добрая примета!
Туманом озеро одето, и это добрая примета!
По всем приметам нас с тобой нашла любовь!
— Нет. Как раз воздушный шарик в такой горшочек не влезет. Они слишком большие.
— Это другие не влезут! А мой влезет!