Выплеснуть нежность всю – без остатка,
Но только не приторно, только не сладко,
К черту пусть катится весь этот вечер,
Брызги шампанского, белые свечи.
Будем метаться, как в клетке пантеры,
Грызться, ласкаться кусаться без меры,
Будем питаться мясом друг друга,
Только – останься. Нам друг без друга.
Нельзя…
А где вы видели, чтобы что-то действительно стоящее легко доставалось? Золотые слитки тяжелы на вес, но обладание ими – знак превосходства. Орхидеи капризны, но это самые красивые цветы. Играть на скрипке сложно, но, обучившись этому искусству, вы возвышаетесь над собой. Так же и у лучших из женщин отвратительнейший характер. И умение с этим ладить – черта истинных мужчин.
Любить бога было легко, как легко любить идеал. Жертвенность казалось красивой и радовала возможностью любоваться собой, а отказ от реальности был удобен и не требовал никаких действий и решений. Но любовь есть любовь, и однажды ее чувство потребовало большего. Оно потребовало рук, способных прикасаться и сжимать в объятиях, оно потребовало губ, умеющих целовать, оно пришло к простому выводу бытия: к ценности ношеной блеклой рубашки, под которой изгиб груди прячет дыхание и сердцебиение настоящего, живого, осязаемого человека. Человека, который был ее богом.
Ты рисуешь карту звездного неба на моей груди. Сейчас нам не нужно иных ласк, нам не нужно слов. Пусть мир тревожно заглядывает сквозь запотевшие от раскалившегося дыханья окна, пусть музыка заслоняет собой реальность, впитывая твой голос, мою нежность, наши души... Ты рисуешь карту звездного неба на моей груди. Маршруты новых звезд разбегаются по коже, отражаются в твоих глазах. И ты читаешь во мне, в звенящем молчании: я. люблю. тебя. сейчас. Сейчас, здесь не существует иного. И закрыв глаза, я всматриваюсь, вчувствываюсь в этот маленький мир, созданный случайным актом одной любви. Яблоки на полу, красный как жизнь виноград, прозрачные шторы на ветру, заблудившееся солнце, игра теней в сигаретном дыме, тающее на столе мороженое, тающий в воздухе смех... Танец ангелов в земной пыли. Как мало порой нам нужно, чтобы навек остаться. Ты рисуешь карту звездного неба на моей груди...
Всегда быть рядом не могут люди,
Всегда быть вместе не могут люди.
Нельзя любви, земной любви
Пылать без конца.
Скажи, зачем же тогда мы любим?
Скажи, зачем мы друг друга любим,
Считая дни, сжигая сердца?
Скарлетт: Однажды вы сказали: «Помоги, боже, тому, кто её полюбит!»
Ретт: Помоги мне, боже...
— Отдать тебе любовь?
— Отдай.
— Она в грязи.
— Отдай в грязи.
— Я погадать хочу...
— Гадай.
— Ещё хочу спросить...
— Спроси.
— Допустим, постучусь...
— Впущу.
— Допустим, позову...
— Пойду.
— А если там беда?
— В беду.
— А если обману?
— Прощу.
— «Спой!» — прикажу тебе...
— Спою.
— «Запри для друга дверь!»...
— Запру.
— Скажу тебе: «Убей!»...
— Убью.
— А если захлебнусь?
— Спасу.
— А если будет боль?
— Стерплю.
— А если узел?
— Разрублю.
— А если сто?
— И сто узлов!
— ЛЮБОВЬ тебе отдать?
— Любовь.
— Не будет этого!!!
— За что?
— За то, что не люблю рабов...
Ты не умеешь ходить по воде,
Ты не умеешь творить чудеса.
Когда тебе больно — ты плачешь,
Когда тебе стыдно — опускаешь глаза.
Но в твоих пальцах мое одиночество,
Сгорая, обращается в дым.
И все, что ты можешь, и все, что ты знаешь -
Это делать мое сердце большим.
Глаза твои как свечи:
ни темени, ни тени...
Когда Ночь обнимает Вечер
нежно-нежно за плечи -
щекочет — в сплетении...
Сидеть обнявшись под звездным небом у танцующего костра; слушать песню треска прогорающих дров и окружающую безмятежную тишину; впускать в себя проникающий глубоко под кожу жар пламени и неистовое желание; зарываться носом в твое плечо и забывать дышать от переполняющей нежности; вдыхать родной запах твоего тела, твоих непослушных, играющих с ветром волос; украдкой любоваться твоим профилем...
Пока немигающим, пристальным взглядом ты приручаешь огонь...
…мой укротитель.
Cлайд с цитатой