В ней явно что-то есть, хоть не красавица,
Как тюнингованная BMW,
Такие отставным майорам нравятся,
Но где майору столько взять лавэ?
Вообще сказать была мыслишка,
А как бы нам бы с ней разок…
Но каждый раз – я пьяный слишком,
И ей текила сносит мозг!
Текила-бум!
Ой, текила… текила…
Текила-бум!
Лос бухлос кукарача....
Текила-бум!
Что же ты натворила...
Текила-бум!
Пропустите женщину на карачках!
Она заложница эмансипации,
На ней бедняге целый воз проблем.
Попала в ножницы цивилизации,
Кто был никем, те стали сразу всем.
И ей по-бабски выть охота,
От непростых мужицких дум.
Но мы вдвоем, уже суббота,
И в баре есть текила-бум!
Текила-бум! Бум! Текила-бум! Бум!
Не тормози, родная, пей со мной!
Текила-бум! Бум! Текила-бум! Бум!
Какая ж ты дурная, Боже ж мой!
— Интересно, только мне жаль Криса Домико?
— Да, ужасно иметь богатого отца и все на свете. Зря ты поднял эту тему, я сейчас слезу пущу.
И оказалось, что она беременна с месяц,
А рок-н-ролльная жизнь исключает оседлость,
К тому же пригласили в Копенгаген на гастроли его.
И все кругом говорили: «Добился-таки своего!»
Естественно, он не вернулся назад:
Ну, конечно, там — рай, ну, конечно, здесь — ад.
А она? Что она — родила и с ребёнком живёт.
Говорят, музыканты – самый циничный народ.
Вы спросите: что дальше? Ну откуда мне знать...
Я всё это придумал сам, когда мне не хотелось спать.
Грустное буги, извечный ля-минор.
Ну, конечно, там — рай, а здесь — ад. Вот и весь разговор.
Он утверждал, что стоит за всем, что идет не так в этом мире. А пока он был в психушке... это я была сумасшедшей.
Как мозги мне забивать разным всяким — так это запросто, а как помочь с делом — так никогда. Рози, душа моя, будь последовательна — запрягая, хоть сена клок дай.
У каждого народа есть свой мозг, своя душа, своё сердце, свои глаза, есть свои фекалии. Есть свои отбросы.
Пусть нету ни кола и ни двора,
Зато не платят королю налоги,
Работники ножа и топора,
Романтики с большой дороги.
Не желаем жить, эх, по-другому,
Не желаем жить, ух, по-другому.
Ходим мы по краю, ходим мы по краю,
Ходим мы по краю родному.
Право — это узкое одеяло на двухспальной кровати, когда ночь холодная, а в кровати — трое. Куда его не натягивай — всё равно кому-то не хватит.
Cлайд с цитатой