Мое тело, моя душа, моя кровь, я сам — все принадлежит тебе.
Тут сожаление так же уместно, как перо в заду у свиньи.
Мое тело, моя душа, моя кровь, я сам — все принадлежит тебе.
Как бы ни были несовершенны попытки существовавших и существующих религий измыслить картину загробного мира, но даже и тогда, когда вера человека носит неопределенный характер и предлагаемые ему догматы никак не согласуются с его смутными представлениями о вечности, все-таки в последнюю минуту невольный трепет овладевает его душой.
Создание, представленное очам моим, было так сверхчеловечески прекрасно, что могло быть послано лишь небом или адом. Она не была обыкновенной девушкой, созданной из персти земной и скудно освещенной изнутри мерцающим лучом человеческой души. То был ангел! Но ангел мрака, сотканный из пламени, а не из света.
Бренное тело корила душа:
Телу, скорбя, говорила душа:
«Грешное — все ты соблазны познало
Этого мира, где святости мало.
Ты и меня погубило грехами,
Ввергнуло в неугасимое пламя.
Ты и в аду, не избегнув огня,
Будешь терзаться и мучить меня».
Тело ответило: «Полно, душа,
Я — в услуженье, а ты — госпожа.
Ложно, неправо меня не суди,
Раны кровавые не береди.
Конь я, и ты оседлала меня,
Гонишь куда ни попало коня.
Все по твоей совершается воле,
В мире — я горсточка праха, не боле».
Собравшаяся с утра толпа ждала полудня, послов Фландрии и мистерии. Своевременно явился только полдень.
Никакая одежда не скрасит некрасивое тело, но и никакое тело не скрасит некрасивую душу и приходим к тому, что душа и духовная составляющая человека, как ни крути занимает первое почетное место.
Виселица — коромысло весов, к одному концу которого, подвешен человек, а к другому — вселенная.