— Как тебя зовут?
— Молчанов. Молчанов Во время Занятьевич!
— Как тебя зовут?
— Молчанов. Молчанов Во время Занятьевич!
Хватит этого, «Ой, я вся такая клевая и загадочная». Итак, Фредди любит тебя. И Кук. Он любит тебя. И просто для протокола я тоже тебя люблю. К тому же я выиграл забег.
Дети в шахматных школах более утончённые, и учителям на стул кнопки не подкладывают. Вместо этого они используют слонов или королей.
— Да ладно, хочешь сказать, что тебе тут не одиноко? В заднице мира?
— Нет. Я не очень люблю людей — предпочитаю фасоль. Видел длинную фасоль? Она взошла. И ещё банджо. Вот мои друзья: фасоль и банджо. И ещё я трахаю сварщицу — надо иметь хобби.
«Репка». Я вообще не понимаю эту сказку! Я не понимаю цели персонажей — репка! Кто-нибудь хоть одно блюдо знает из репки? Знаете, какое самое популярное блюдо из репки? Репка!
Там сумасшедший дед этот: «Нам нужна репка! Нам она нужна! Это мой Моби-Дик! Нам нужна репка!». Тебе не репка, тебе врач нужен!
Иди порыбачь, это еда! Репка — это твердый овощ, у вас с бабкой нет зубов! Вы будете просто уныло сосать ее всю зиму!
Я не жалею о пережитой бедности. Если верить Хемингуэю, бедность — незаменимая школа для писателя. Бедность делает человека зорким. И так далее.
Любопытно, что Хемингуэй это понял, как только разбогател…
— Мне нужно найти ключ.
— О, давайте я открою шпилькой? Я очень хорошо это делаю.
— Многоуровнево-кодировочный временной интерфейс. Такой так просто не поддастся острым предметам.
— Открыла.
— Так, внезапно 900 лет путешествий во времени стали казаться менее безопасными.