Вначале, пока люди не близки, но заинтересованы друг в друге, они себя контролируют, думают, что говорят, и делают то, что нужно другому. По сути они живут по его сценарию. А потом люди расслабляются, начинают чувствовать себя естественно, и у них начинаются близкие отношения. Народ начинает «отношаться»: искренне, то есть без контроля, выражать друг другу то, что сейчас есть на душе. И тогда выплескивается все: порой прозрачная нежность, а порой непереваренные душевные отбросы.
Любовь — совершенно замечательная штука, особенно если о ней только читать в научно-романтической литературе и не пытаться всерьез примерить к себе.
Они вовсе не хотят расходиться, они просто меряются силами.
Она видит, как он грозно надувается, как много он вкладывает души в разговор с нею. А если она уйдет — с кем же он будет так душевно ссориться? Да он просто боится, что она уйдет.
Драматизация — это намеренное создание переживаний, драм, активное раскручивание души на какие-либо (и в первую очередь эмоционально болезненные) переживания. Например, на возмущение. Или, обиду. Или, как минимум недовольство.
Привычки — это то, как привыкли Вы. Стереотипы — это то, как привыкли все. А Вы — вслед за ними. Потому что Вас так воспитали.
Цена любви измеряется ценностью принесенных на ее алтарь драгоценностей, и чем богаче россыпь, тем сильнее сверкает любовь.
То, что существует между ними, должно быть названо. Обязательно названо! Потому что это не какой-нибудь там роман! Это стократ выше. Роман? Звучит-то как... Назвать то, что между ними, романом все равно что возить бетон на строительство «роллс-ройсом». Вроде бы можно, но нелепо.
— Нэнси была к нему ближе всего. Она классический пример властной партнёрши.
— Что?
— Ты знаешь этот тип. Они всегда ищут слабых, чтобы потом иметь власть в отношениях.
Многие люди склонны преувеличивать отношение к себе других — почему-то им кажется, что они у каждого вызывают сложную гамму симпатий и антипатий.
— Ну и зачем всё это было нужно? — поинтересовался наблюдавший за операцией через стекло демиург Мазукта.
— Ты имеешь в виду, зачем нужны были боль, кровь и страдания?
— Именно. Насколько я понимаю, тебе не составило бы труда провернуть все быстро и безболезненно. Так зачем же..?
— Понимаешь… — задумчиво протянул Шамбамбукли, ополаскивая руки после операции, — оно ведь как все должно было быть? Вот захотел человеку бабу. Попросил творца её сделать. Творец вколол ему снотворное, уложил баиньки, трах-тибидох! — а когда человек проснулся, ему подводят уже готовую женщину и говорят «на, мол, пользуйся». И как после этого он станет к ней относиться?
Мазукта почесал за ухом и протянул: «поня-а-атно…»
— Ну вот. А так… может, он хоть немного будет её ценить? — с надеждой произнёс Шамбамбукли.
Cлайд с цитатой