Маленький ребенок аморален, у него нет никаких внутренних торможений против стремления к удовольствию.
Дети только и думают, как бы натрескаться, а родители — как бы натрахаться.
Маленький ребенок аморален, у него нет никаких внутренних торможений против стремления к удовольствию.
Знаете, честолюбие — полезное чувство. Это большое удовольствие — делать что-то лучше других. В том числе и детей! Мы ведь, заводим их для собственного удовольствия.
Нет ни одного человека, способного отказаться от наслаждения; даже самой религии приходится обосновывать требование отказаться от удовольствия в ближайшее время обещанием несравненно больших и более ценных радостей в некоем потустороннем мире.
Даже крестьянин, если он, конечно, не зверь, получает удовольствие, сидя у очага и наблюдая за тем, как жена кормит его первенца.
Человек никогда ни от чего не отказывается, он просто одно удовольствие заменяет другим.
Мы, взрослые, не понимаем детей, так как мы не понимаем уже больше своего собственного детства.
Мы стремимся в большей степени к тому, чтобы отвести от себя страдания, нежели к тому, чтобы получить удовольствие.