Судьбу нельзя обмануть, но ей можно сказать «нет» и категорически отказаться играть по её правилам.
... умереть счастливым — удовольствие весьма сомнительное. Когда ты счастлив, жить хочется больше, чем когда-либо.
Судьбу нельзя обмануть, но ей можно сказать «нет» и категорически отказаться играть по её правилам.
... умереть счастливым — удовольствие весьма сомнительное. Когда ты счастлив, жить хочется больше, чем когда-либо.
– Домой… Домой – куда? Где мой дом? Везде… и нигде. Ты знаешь, где твой дом? И я не знаю. И где мой не знаю. У меня был дом. Большой. Красивый. Кастель Коронадо. С угловыми башнями, чтоб им… Теперь он не мой. А зачем нам вообще дом? Мы будем жить здесь. Гнездо совьем… или выроем норку…
Видимо, такова судьба завоевателя. Смелые и достойные представители завоеванных народов не хотят с ним водиться. Служить новым хозяевам приходят другие, которым всё равно, кому служить, лишь бы платили хорошо.
— У вас такое интеллигентное лицо...
— Для общения с некоторыми людьми интеллигентное лицо не подходит, и возникает необходимость состроить наглую морду.
Для чего ещё существуют друзья, как не для того, чтобы соваться с идиотскими сочувствиями и вызывать гнев — лучшее лекарство от отчаяния.
— Такое ощущение, что самого главного я не догоняю.
— Это нормально, просто ты стал взрослым.
— И что, всё? Больше ничего не будет?
— Нет. Но можно попробовать выпрыгнуть в окно.
Нормальный человек не просыпается с мыслью о том, что сегодня последний день в его жизни. Но я считаю, что это роскошь, не проклятие. Знание, что смерть близка, даёт свободу.
Ты так запутался в жизни,
Не видишь своей дороги,
И чувствуешь себя лишним,
Пылинкой в ладони Бога.
Не знаешь, чего ты хочешь,
Боишься себе признаться,
Что потерял способность
Любить и тепло смеяться.
Не веришь в простое чудо,
Не видишь открытых окон,
И однообразной жизнью
Ты словно цепями скован.
Нам не дано знать планы нашей судьбы. Мы лишь можем делать то, что считаем нужным, а жизнь… Жизнь возможно просто играет с нами, путает нам пути и смотрит, как мы выберемся из её лабиринта.