Господин Адем, первый источник нашей любви это мама. Разве это не так для всех? Сначала нас отдают ей на руки. Она жизненный источник. Она дает нам молоко, смотрит, воспитывает, иначе мы умрем. То есть первую попытку связи мы проживаем с мамой. И эти отношения становятся примером, подобием отношений, которые мы будем проживать в будущем. И если в этих отношениях что-то идет не так, мы можем чувствовать себя словно в порочном круге, потому что мы так научены.
Мужчины, по крайней мере некоторые, нередко совсем по-другому, с новой нежностью начинают относиться к матери своего ребёнка.
Новая Луна зовет Новую Луну, и девять Лун ведут свой вещий хоровод, зовут десятую. Любящий лик смотрит в любящий лик, и, когда любовь переплеснет через край, в тайности возникает новое существо, чтоб творить жизнь, чтоб любить освеженною новой любовью Землю и Звезды, Солнце и Луну, себя и цветы, себя и материнскую грудь, таинственнее которой в ее жизнетворчестве нет ничего среди таинств красоты. В неистощимой сказке жизни, плещущей звездными водоворотами, женская тайна, материнское лоно, пребудет навсегда самым звездным знаком, пока будут в мире ночи и дни.
Девять Лун благостно колдуют в ворожбе меняющихся ликов. Девять белых прях прядут в запредельности белую ткань для новой жизни. И два целующиеся рта, из ночи в ночь, блаженны, в самозабвении, не чувствуя, не зная, что уже новая душа незримо начала жить на Земле, а девять белых прях, медленно и верно, ткут и прядут тонкую ткань свежего бытия, новое лунное тело, которое будет солнечно мыслить и солнечно любить.
Благо тому, кто зачат под верным звездным знаком. Благо той малой возникшей жизни, над которой ворожит любовь, одна любовь, двояко играющая в двух сердцах, мужском и женском. Через преграды вещества до тонкой среды доходит тонкий луч. И счастлив бывает в своей жизни тот, кто еще до рожденья был благословлен ликующим чужим счастьем, не чужим, родным, счастьем двоих, которым было так хорошо от ласки, что, играя друг с другом в игру блаженства, невольно они стали отцом и матерью. От боли не уйти ни одному живому. Но и над болью, которая должна прийти и придет, раз горевшее, полное счастье будет стоять далеким светом всю длительность жизненного времени, как долго стоит и не гаснет небесная риза Северного сиянья над холодным пространством обледеневшего Океана, где суровы ветры и причудливы живые существа.
Мать поступает жестоко, если не обращает внимания на слезы мальчика (в любом возрасте), не помогает ему разобраться со своими чувствами или не успокаивает, когда это действительно необходимо.
Машина времени есть у каждого из нас: то, что переносит в прошлое — воспоминания; то, что уносит в будущее — мечты.
Поскольку я не знаю, что принесёт будущее, я буду верить. В очаровательно скромные чувства. В то, что теплится в груди.
Тому, кто молод, можно предрекать самое великое будущее — ведь никто не знает, кроме богов, конечно, кем он станет в зрелые годы. Молодость тем и замечательна, что у нее есть будущее.
В этом мире каждый человек не столько творец, сколько его предвестие. Люди несут в себе пророчество будущего.
Вот так всю жизнь в постоянном страхе и живём — сначала боишься забеременеть, потом рожать, потом до гроба страх за дитя.
В тот момент он так легко говорил о своем будущем, что счастье переполняло меня. Ведь наверняка мы все тогда понимали, что будущее, о котором мы говорим... день, когда мы впятером встретимся снова, никогда не наступит.
Cлайд с цитатой