Вообще-то я против миллионеров, но если бы мне предложили им стать...
Если бы все были богаты, то все были бы бедны.
Вообще-то я против миллионеров, но если бы мне предложили им стать...
– Слыхали! – сказал Скрудж. – Повеселиться на святках! А ты-то по какому праву хочешь веселиться? Какие у тебя основания для веселья? Или тебе кажется, что ты еще недостаточно беден?
– В таком случае, – весело отозвался племянник, – по какому праву вы так мрачно настроены, дядюшка? Какие у вас основания быть угрюмым? Или вам кажется, что вы еще недостаточно богаты?
Money, money, money must be funny
In the rich man's world
Money, money, money always sunny in the rich man's world
Aha-ahaaa all the things I could do
If I had a little money, it's a rich man's world
Любовь за деньги не купишь, но за них можно взять неплохое шоколадно-имбирное печенье.
Еще одна проблема, это наша любимая — коррупция. Политики даже любят называть ее болезнью. Тут я не совсем согласен, просто те, кто, собственно, болен, они чувствуют себя лучше, чем здоровые. Уж сколько мы с этой коррупцией не боремся, сколько не искореняем, она все крепче и крепче. Меня повеселило то, что наше руководство уговорило Европу выделить нам на борьбу с коррупцией деньги. Деньги на борьбу с коррупцией! Это вот, как если бы муж сказал жене: «Дорогая, я бросаю пить, но для этого мне нужна бутылка водки». И она верит, говорит: «Конечно, на. Но смотри, если выпьешь — больше не дам». А ему щас больше и не надо. Ему нормально. Ну в смысле, нам. Ну, в смысле, даже им. Тем, кто заболел.
[Федор считает деньги]
— Мало!
— Если ты девушке нравишься, достаточно, а не нравишься — миллиона не хватит. Поэтому жениться надо по любви. Дешевле выходит.