— А что у делийцев совсем нет стыда?
— Если я буду стесняться, то всю жизнь придется выть на луну с Кутуб Минара, а вот буду смелее, то смогу скакать на коне.
— А что у делийцев совсем нет стыда?
— Если я буду стесняться, то всю жизнь придется выть на луну с Кутуб Минара, а вот буду смелее, то смогу скакать на коне.
— Сегодня я себя люблю!
— А меня не любишь?
— Как ты не понимаешь, я люблю тебя и поэтому нравлюсь себе.
Бесконечно тяжело стыдиться родного дома. Возможно, что это — заслуженное наказание за черную неблагодарность, лежащую в основе такого чувства; но что это бесконечно тяжело — я знаю по опыту.
— У каждого — свой скелет в шкафу, как говорится. Поверь моему опыту, Харли, он может загнать тебя в гроб из страха и стыда. Но после того, как ты меня раскрыла, я освободился. Да, мне стыдно, меня, наверное, уволят, а больше у меня забирать нечего. И это вдохновляет меня делать то, что я всегда хотел, быть тем, кем всегда хотел.
— Тогда не буду мешать.
— Я серьезно, Харли. Правда ранит, но и исцеляет. Смотрю я на тебя, а ведь ты носишь в себе весь этот гнев, напряжение и страх... Твой скелет в шкафу тебя отравил. Но ничего, скоро я тебя исцелю.